Эксперты обсудили проблемы защиты приватности во время эпидемии и после ее завершения.
В период Covid-19 ещё более актуальной становится тема персональных данных – приватности в цифровом пространстве. Как и для чего используются цифровые практики – формируется «общество надзора»? Online47 выслушал мнения экспертов – участников круглого стола, посвящённого цифровому контролю во время эпидемии и после ее завершения.
Мнения, комментарии
"Тема стала особенно интересной в связи с Covid-19. С одной стороны, появляются люди, которые говорят, что нас ждёт цифровой концлагерь и цифровая «копия человека» – отмечает директор Института современного государственного развития Дмитрий Солонников. – А с другой, есть сторонники мнения, что наша жизнь, благодаря цифровым технологиям, попросту станет более качественной и поспособствует развитию экономики. Кроме того, есть и третий вариант – сторонников кибер-банка, как важной реальности будущего".
Но, в целом, эксперты склоняются к тому, что сегодня речь идёт о некоем социальном договоре между обществом и властью.
"Тотальный контроль, цифровой социализм, кибер-концлагерь – звучит страшно. Но это не самостоятельные и далеко не новые явления, – напоминает писатель и футуролог Андрей Столяров. – В связи с эпидемией власть начинает диктовать, на сколько можно отходить из дома, как мы должны работать и так далее. Власть в странах мира получает чрезвычайные полномочия, но я бы не назвал это цифровым концлагерь. Скорее, это новый вариант договорённости между гражданским обществом и властью".
Директор Научно-образовательного центра урбанистики и киберантропологии ЛГУ им. А.С. Пушкина Арсений Майоров уверен, что "маятник качнулся, и правительства стран начинают принимать решения, которые попросту соответствуют ситуации. Власть начинает диктовать, как мы должны себя вести – насколько часто выходить из дома, каким правилам следовать".
"Общество развивается, исходя из тех трендов и событий, которые в нём заложены, а, говоря о будущем, прогнозировать мы не можем, – объясняет он. – В идеале же, любой кризис – это вызов, и общество должно быть к нему готово, но к Covid-19 мы не могли быть готовыми, поэтому надо ориентироваться на данность, факты и цифры, которыми всё можно объяснить".
Интересно, что ранее Арсений Майоров, говоря о цифровизации образования, объяснил:
"Я не уверен, насколько нужно расставлять вот прямо такие акценты: либо цифровизуйся, либо умри. Но для Ленинградкой области цифровизация – сверхактуальная задача».
Но, по его словам, она вовсе не связана с целью кого-то тотально контролировать, и, тем более, превращать в цифровую "копию человека".
По его словам, "цифровые решения для области, чтобы быть более комфортными и интересными – это двери возможностей для получения высшего образования или повышения квалификации для жителей самых разных районов региона".
Правила информационной безопасности
Эксперты называют простые правила информационной безопасности. Это, прежде всего, умение:
– пользоваться услугами проверенных провайдеров;
– внимательно читать инструкции и пользовательские соглашения и напоминают, что наиболее активно использовать персональные данные норовят мошенники разных лохотрон-технологий и калибров, а удержать в узде и, тем более, переработать лавину цифровой информации сегодня практически невозможно.
Цифровые следы – это страшно?
Считывание цифровых следов сегодня не вызывает ужаса, потому что все шаги, связанные с цифровыми технологиями, жёстко регламентированы.
"У руководителей государств есть понимание несения публичной ответственности за цифровые массивы, – убеждён Арсений Майоров. – Сейчас это вопрос договорённостей – с создаётся актуальная нормативно-правовая база, вплоть до искусственного интеллекта".
Напомним, что киберпанк (от англ. cyberpunk) – жанр научной фантастики, отражающий упадок человеческой культуры на фоне технологического прогресса в компьютерную эпоху. Эксперты успокоили: пока говорить об упадке преждевременно – это дело далёкого будущего.
Пока наши современники говорят: «когда компьютер свихнется из-за баб, без обид, или убьет себя из-за лишнего веса, тогда, может быть, я еще поверю в искусственный интеллект», ничего такого не произойдёт.