Незнакомый племянник.
Со старшей сестрой у нас разница в пять лет. Но на самом деле, между нами огромная пропасть. Мы совсем разные. Диана с малых лет завела себе кумира, и буквально во всём хотела быть похожей на неё. Это была Мэрилин Монро. Вся, буквально, вся квартира была «украшена» её плакатами. А Диана с двенадцати лет начала красить волосы. И не только волосы. Родители боролись с этой одержимостью, но всё тщетно. Потом мы смирились.
Родителей мы потеряли рано. В одно мгновение их жизнь унесла автомобильная авария. Мне к тому моменту исполнилось шестнадцать, и я познала все прелести интерната. Конечно, сестра меня и не пыталась забрать, и вообще виделись мы очень редко. А я и не горела желанием с ней жить.
Взрослая жизнь била меня по голове нещадно, но я не сдавалась. Сама окончила курсы по интернет маркетингу. Всё время проводила у компьютера. Благо, квартира родительская мне досталась, не на улицу пошла, как говориться. Таким образом, работала я дома и денег очень даже хватало.
А через пару лет у дверей появилась Диана. Я думала, она начнёт разговор о квартире, что надо бы поделить, так сказать, по-братски. Но нет. Начала она разговор с того, что попросила меня присмотреть за племянником. Да, именно в эту секунду, я узнала, что у меня есть племянник. Диана удалилась на улицу, и вернулась уже, держа маленького мальчика, с огромными карими глазами, за руку. Диана толкнула мальчишку ко мне, и на бегу пообещав скоро забрать его, скрылась. А Марк, так зовут моего племянника, молча, подошел ко мне.
Марк всё время молчал. Прошло уже больше недели, а он не проронил ни слова. Он не смотрел мультики, не играл игрушками, которые я ему купила в огромных количествах. Ничего. Сядет на стул и смотрит на стенку. Диана за это время ни разу не позвонила. И я ей не могла позвонить, так как она оставила неверный номер. Подумывала, объявить в розыск, но мальчика ужасно жалко. Куда он попадёт? Я сама через это прошла. Очень уж его жалко.
Но через месяц, всё же, решилась написать заявление в полицию. Органы опеки не заставили себя долго ждать. Документов у Марка с собой не было, и конечно, никто мне мальчика не оставил. Я ревела. Каждый день ходила к нему. Он всё молчал. Только глаза ещё грустнее стали.
Диану, наконец, нашли. Жива. Здорова. Она даже не захотела проведывать Марка. Так вот. Её лишили родительских прав, а я как сумасшедшая начала собирать документы на опекунство. Загвоздка была в том, что я не работала официально. Пришлось устраиваться. Нормированный рабочий график меня вводил в депрессию, но пережила. Ради Марка.
А он начал мне немного улыбаться. Не губами, а глазами. Знаете как это прекрасно. Я разговаривала с ним, а глаза у него начинали блестеть. Но продолжал молчать.
Тот день, когда я смогла забрать Марка к себе, запомнился на всю жизнь. Зайдя в квартиру, я сказала Марку, что теперь он дома. И знаете что? Он повторил! Да! Он сказал: дома. Я от радости не смогла себя сдержать и расцеловала Марка. А он заулыбался! По-настоящему!
Постепенно, он начал говорить со мной. А потом и с детьми на детской площадке. Он улыбался, но где то в глубине его глаз так и осталась грусть. Он не спрашивал про маму. А я не напоминала.
Но Марк боялся спать один. Я спала в его комнате, на диванчике. Читала сказки перед сном.
В эту ночь я рассказала ему другую сказку:
« Нет, Марк, тебя не заберёт чужой дядя. И полицейский не заберёт. И можешь, не боятся спать на боку, серый волк тебя не укусит. Это просто песенка такая. Колыбельная. Знаешь, Марк, мальчики тоже плачут. Когда больно или обидно. Плачут. И дяди тоже плачут. Это нормально. И бояться нормально. А иногда можно и ударить того, кто тебя обидел. Нет, ты не станешь хулиганом, ты просто постоишь за себя. И нет, Марк, я не перестану тебя любить, ели ты вдруг станешь непослушным. Я буду любить тебя всегда! Да, я могу быть не довольна твоим поведением. Это разные вещи Марк. И запомни, взрослые не всегда правы. Да, говорят, что мудрость приходит с годами, но иногда старость приходит одна…»
Автор: #Виктория
