Жил-был щенок. Свой род дворняжный Он не скрывал за гладкой шкурой- Кудлат, неловок, не вальяжный, Кривые ножки, а фигурой Напоминал он бутерброд С цветной прослойкой по бокам.. Любил природу он, народ, Свой двор и дом, и детский гам. Вот в драках был не очень лих, Зато под песни выл мотивно, Кумиров обожал своих И дух романтики наивно Превыше косточки ценил, Мечтал о лесе и о море. А сам он по цепи ходил, как кот Боян на Лукоморье. Но часто нос задрав и ушки, Он гавкал в рифму, сев под тын, И сам хвалился: «Чем не Пушкин? Ведь я же тоже сукин сын».
Жил-был щенок.
Свой род дворняжный
Он не скрывал за гладкой шкурой-
Кудлат, неловок, не вальяжный,
Кривые ножки, а фигурой
Напоминал он бутерброд
С цветной прослойкой по бокам..
Любил природу он, народ,
Свой двор и дом, и детский гам.
Вот в драках был не очень лих,
Зато под песни выл мотивно,
Кумиров обожал своих
И дух романтики наивно
Превыше косточки ценил,
Мечтал о лесе и о море.
А сам он по цепи ходил, как кот Боян на Лукоморье.
Но часто нос задрав и ушки,
Он гавкал в рифму, сев под тын,
И сам хвалился: «Чем не Пушкин?
Ведь я же тоже сукин сын».