Кто сегодня не отметился в школьном чате о том, когда ребёнок приступает к занятиям, тот я. Проснулась вовремя, держала в голове, что рабочий день и полноценный учебный, но вот.
Сколько девица делала карточки по математике на учи.ру? Два часа. Два. И в тетради час. И окружающий мир час. И литературное чтение примерно полтора часа. И это мы ещё не стали снимать на видео пересказ текста, а с частью заданий я помогала. При этом заданий немного, но пока тот же текст прочтёт дважды, пока зарисует иллюстрацию в читательский дневник, пока запишет. Или карточки. Одиннадцать штук в каждой по десятку заданий и даже меньше. Но элементарно нажать на всё, на что нужно нажать в каждом конкретном задании — уже минута. И это мне. Я при этом не считаю и не думаю. Эх...
В общем, день прошёл в уроках. Это у младшей девицы.
Старшая девица ездила к бабушке с дедушкой. Вернулась в новых кроссовках. Если считать с начала года, это уже пятые. Трое пали смертью храбрых, одни дышат на ладан. Причём, в качестве эксперимента одни были куплены не как обычно, недорогие сами по себе или на суперраспродаже, а фирменные NB по реальной их цене... Ну... Месяц она их относила. Как и те, что стоили чуть меньше двух тысяч — китайский ноунейм. По паре в месяц улетает. Это не считая кед и прочего такого. Не знаю, как она это делает. На минуточку: у меня за последние четыре года было четыре пары кроссовок. Всесезонных. С весны до осени которые. Две ещё живы и носятся. При этом самые дорогие из них стоили полторы тысячи и были куплены одновременно с точно такими же для старшей девицы (там была скидка на вторую пару). Я свои относила с мая по сентябрь и немного в следующем сезоне. Девица свои — две недели. Новые кроссовки от бабушки — Nike по суперскидке. Поглядим. Бабушка регулярно достаёт девице кирзовые сапоги и предлагает поносить. Бабушка у неё отличная. Во всём. Серьёзно.
А вот мальчик Дима сегодня грустил. Хотел подружиться с детьми на площадке, а те его не приняли в игру. Он тогда вытащил из коляски щётку, которая у нас, чтобы с колёс песок и грязь смахнуть или с горки смести, и стал подметать за ними разбросанный по горке песок. Чтобы дети не которые запачкались. Но дети, всё равно, дружить не захотели. Мальчик расплакался и пошёл домой.
Вообще, мне казалось, что дети чуть позже начинают дружить, но потом припомнили, что у Леры любовь её аж трёх лет жизни появилась примерно в год и девять. О! Она засыпала и просыпалась с именем Джульетта на устах. И даже во сне порой про неё говорила. Мы чуть ли ни одной большой семьёй вынуждены были жить с мамой и папой Джульетты. (Жаль, что я не могу о них написать, даже изменив имена. Отличная зарисовка бы вышла. Или даже рассказ. Может, даже чего подлиннее. Всё-таки, жизнь интереснее любых фильмов. Может, поэтому я и не смотрю почти кино).
С меньшей девицей ходили в Детский мир.
Кстати, о магазинах. А цены-то растут.
Кстати, о деньгах. Я только сегодня к обеду прочла новости о вчерашнем послании гаранта.
Кстати, о новостях. В местные новости три дня не заглядывала.
Людей на улицах поприбавилось. Как до изоляции почти. Хм...
В саду под окнами заработала дежурная группа. Теперь снова с утра весёлые детские голоса слышны с улицы. Здорово.
Ощутимо похолодало. И дома тоже. Дома особенно ощутимо. На улице-то я в зимней куртке
Дождь всё пытался-пытался пойти, да так и не начался.
По дороге из магазина встретила знакомую хорошую. С четверть часа простояли, разговаривая. Она юрист-профсоюзный деятель-подизненный борец и активист. Не знаю, как мы находим с ней общий язык. Но находим. Она верит, что я, как она, просто недооцениваю себя. Я знаю, что я не такая, но лишний раз не спорю. Когда-то мы почти каждую пятницу ходили гулять по ночному городу. Часов с девяти и до трёх. Несколько кругов вокруг одного озера в центре, потом пешком неспешно до одной пиццерия в самом центре города. Там пили чай или кофе. Пару раз что-то горячее и согревающее. Беседовали. И шли до точки, откуда одинаково примерно и до моего дома, и до её. До моего чуть дальше. Долго не могли разойтись.
В последний раз гуляли так начале две тысячи семнадцатого. У меня на руках уже был снимок УЗИ с будущим мальчиком Димой.
Не хватает этих прогулок. Но нет, повторить я уже не осилю. Да и не общаемся мы с момента появления Димы почти. Так... Раз в год, может,или два.
Сегодня день рождения у одной моей подруги. Пожалуй, она единственная, с кем я сохранила связь со школы. Дважды мы переставали общаться почти на год. Без громких заявлений и хлопанья дверьми, но было. И всё-таки дружим, да. Жаль, что карантин и вот это всё.
Была у нас с ней традиция — обязательно встречаться 25 мая и есть хот-доги. Это после того, как в десятом классе я в этот день заляпала светло-голубое платье кетчупом, а идти мне потом несколько остановок до репетитора, а потом ещё домой через весь город.
А ещё это у неё на дне рождения я познакомилась с будущим папой Викыча. Он мне сразу не понравился. А через год мы снова встретились на её же дне рождения. И он мне опять не понравился, но уже зацепил. После этого нас старались не пересекать. Тщательно старались, ага. Я и сама старалась не пересекаться. Потому что о некоторых людях сразу понимаешь, что вам не по пути. Не потому, что кто-то плохой, нет. Просто не по пути никак.
Впрочем, хватит ностальгировать и просто вспоминать.
Мелкие сегодня бесились так, что Димон весь мокрый был.
Димон сегодня постучал игрушечным, но увесистым весьма молотком по стеклу. Я выругалась. Он отчётливо поворил. И добавил: «Бу-ундук!» «Бурундук» — это одно из моих приличных ругательств. Произошло от слова «дундук», которое тоже, вообще-то, произошло, но ещё в моём детстве. Этим словом я младшего брата ругала.
В перерывах между фрагментами этого текста позвонила-таки имениннице. Пообщались. Договорились прогуляться по их набережной как-нибудь на днях. Обсудили отмену самоизоляции ко дню её рождения. Главным пожеланием было, чтобы хоть часть лета не на карантине, и скорейшего завершения творящейся в мире херни. (Да, ругательство, но из песни слова не того этого). Такой вот взрослый реализм. Такие вот праздники.