При назначении на высокую должность откровенного негодяя, бандита или жулика многие граждане недоумевают: почему принято именно это кадровое решение. Неужели власть не достаточно информирована об этом персонаже? Или же специально протаскивает себе подобного и на дух не переносит порядочных людей? Разгадка может показаться весьма неожиданной.
Когда столичный центр не имеет достаточных военных ресурсов для силового подчинения криминальных группировок на местах, то местечковая «элита» часто игнорирует столичные приказы-просьбы. Подобную ситуацию можно увидеть и в Африке, и в Латинской Америке, а также сплошь и рядом на постсоветском пространстве.
Чтобы такие «самостоятельные анклавы» окончательно не откололись от общей страны, столичный центр навязывает им своего ставленника. Разумеется, вкусившие независимость мафиозные структуры не горят желанием подчиняться такому «наместнику», даже если он был выбран из их среды и обладает определенным «авторитетным весом».
Однако в мире ни один внутригосударственный анклав не имеет товарно-ресурсной самостоятельности и вынужден многое закупать в других регионах страны. Благодаря этому слабый столичный центр способен частично навязывать полунезависимым регионам свою волю. Местечковые группировки вынуждены учитывать мнение столичного ставленника, который выступает гарантом беспрепятственной торговли и денежной поддержки со стороны государственного центра.
Выбор в качестве ставленника антирейтингового прохвоста продиктовано страхами закомплексованных кураторов, поставленных на процессы укрепления вертикали власти. Аргументация таких горе-управленцев на первый взгляд логична: если население будет уважать местную власть сильнее, чем высокое государственное Правительство, то вероятность успешного восстания резко возрастает.
Самый яркий пример из недавнего прошлого – Первая Чеченская война. Жители этого южного субъекта РФ доверяли своим советско-чеченским чиновникам больше, чем Ельцинским «реформаторам» из Москвы. Неадекватность столичного Центра, помноженная на амбиции чеченской номенклатуры, привела к конфликту между столичной властью и региональной. Внешние «доброжелатели» не преминули разжечь этот конфликт до уровня полномасштабной гражданской войны.
В действительности же, решение назначить «дурно пахнущего» наместника изначально ошибочно. Жители теряют доверие не только к местечковым «князькам», но и к центральной государственной власти. В результате предпосылки к бунтам возникают уже не со стороны административно-мафиозных группировок, а со стороны населения. Пример Кубинской революции доказал, что любую непопулярную власть можно «умножить на ноль» даже малыми силами.