За время путешествия по Памирскому тракту, когда мы с мужем несколько месяцев шли там пешком и познакомились с большим количеством людей почти из каждого кишлака, у нас накопилось огромное количество фотографий и историй. О жизни, от которой мы с вами уже давно отвыкли, а на землях Таджикистана, в отдаленных его уголках, преимущественно на высокогорье Памира — эта жизнь до сих продолжается. И она завораживает.
С сегодняшнего дня открываем серию репортажей с большим количеством фотографий и небольшими к ним пояснениями. Всё в одну статью не поместится, поэтому репортажи будут поделены на участки, сегодня рассматриваем участок от границы Таджикистана (со стороны Киргизии) и дойдем до высокогорного поселка Аличур.
С этого вагончика начинается земля Таджикистана, так выглядит граница и КПП, где вы должны показать документы и сделать переход. Граница между Киргизией и Таджикистаном находится на перевале «Кызыл-Арт», высота седловины 4280 метров н.у.м. Сразу при переходе попадаешь не только в Таджикистан, но и в ГБАО (Горно-Бадахшанская автономная область).
Проход в ГБАО (Памирский тракт является пограничной зоной с Китаем и Афганистаном) осуществляется только по специальным пропускам — пермит, его необходимо получать заранее.
После небольшого спуска с перевала первым на пути встречается посёлок Каракуль, с главной достопримечательностью — бессточным и солёным озером Каракуль. Озеро лежит в плоской котловине на высоте 3914 метров. Поселок крайне бедный, в нем нет электричества, топят в основном на кизяке. Запасы кизяка виднеются на крышах домов.
Люди в Каракуле выживают главным образом благодаря туризму, в глаза бросаются дома с надписью «Homestay», это значит, что за определенную плату ты можешь переночевать прямо в доме, где живет местная семья. Основные жители поселка — киргизы, несмотря на то, что это уже территория Таджикистана. Поставки продуктов сюда идут тоже только из Киргизии (г. Ош), это ближайший населенный пункт, где можно полноценно отовариться.
Следующий населенный пункт — Мургаб, несмотря на то, что это тоже поселок, местные называют Мургаб городом. Здесь живет намного больше людей, есть базар, где можно закупиться овощами и продуктами. Но электричества здесь тоже нет (в 2018 еще не было, но уже строили ГЭС и в ближайшие месяцы должны были подключить). На фото мазанка, внутри которой стоит дизель-генератор. Этот генератор включается только один раз в день и всего на три часа, да и то, только чтобы обеспечить электричеством самую большую гостиницу, куда заселяются туристы с большими глазами. Всех поражает атмосфера и суровость условий вокруг. Мургаб находится на высоте — 3612 метров, здесь всегда стоят холода. Ночью мы ложились спать в горнолыжных штанах и куртках. Однажды я легла спать в обуви, настолько было холодно и тяжелые одеяла не спасали. Местные жители активно используют солнечные батареи, этого хватает, чтобы вечером включить телевизор и послушать новости.
Идя пешком вдоль Памирского тракта, очень часто встречаешь места захоронений, так выглядит кладбище под Мургабом. Пешком туристы здесь обычно не ходят, этот маршрут делают либо на джипах (самая популярная категория туризма здесь), реже на мотоциклах или на велосипедах. Преимущество пешего похода — ты всегда можешь отклониться от дороги, отойти немного вглубь и увидеть то, что обычно скрыто от глаз.
Отклоняясь от дороги, под ногами встречаются атрибуты обмундирования советской армии, бляха от ремня и пуговица — память от когда-то располагающейся в этих краях воинской части.
Когда доходишь до построек бывшей воинской части, дух захватывает еще больше. Вся территория усеяна ржавыми консервными банками и останками животных. Жутики описывать не станем, Дзен за это наказывает, но несколько нейтральных фотографий повесили в галерею, полистайте.
Недалеко от бывшей воинской части стоит одинокий дом и к нему идти было страшнее всего. Звенящая тишина в воздухе, время от времени только завывает ветер и гремят ржавые консервные банки, на земле постоянно спотыкаешься об кости животных. И мы проходим мимо дома. Хозяин посмотрел на нас очень неприветливо, такое поведение нехарактерно для Памирцев, они люди добрые и очень доброжелательные. Мы ускорились, нарушать чужое пространство совсем не хотелось. Но украдкой я все-таки сделала кадр дома и детишек, играющихся с камнями.
Прогуливаясь по Памиру, довольно часто можно увидеть выложенное камнями слово ГАЗ. Скорее всего это значит, что копать здесь запрещено, и под землей проходит газопровод. Но мы ни разу не встречали в кишлаках Памира, чтобы у кого-то был ГАЗ и поэтому можем ошибаться. Видели только несколько раз небольшие газовые баллоны у людей, но камешки у дороги выложенные в слово, между тем, встречаются здесь очень часто.
В основном здесь все топят на сухих колючках или кизяке (сушеный навоз). На такой высоте ничего не растет, пасущиеся животные выкорчевывают копытами колючки и питаются ими. Трава здесь бывает только рядом с водоемами, да и то не выше 5 см. Здесь это роскошь. Деревья тоже не растут, зато сорняки-колючки вполне выживают. На них люди не только прогревают свои жилища, но и готовят пищу. Мы экономили газ и тоже готовили на колючках.
Дальше мы дошли до посёлка Карасу, насчитали там 11 домов, половина из которых были брошены. Здесь уже не только нет электричества и магазинов, но и не ловит мобильная связь. Выйти в интернет здесь нереально, максимум, время от времени можно поймать сеть и сделать звонок. Хорошо, если получится поговорить без крякания. В центре поселка стоит колесо (видно на фото), это единственное место, куда если забраться повыше, покидав камней под ноги и высоко вытянув руку, можно поймать мобильную связь.
Следом за Карасу идут еще несколько подобных малозаселенных поселков, все они на одно лицо. А мы уже добрались до Аличура, в этом поселке уже есть школа и больница, встречаются колодцы с водой. Водоснабжения конечно же тоже нет, местные как и в Мургабе, носят воду из колодцев. Вода чистая, питьевая, горные ручьи и речки здесь в изобилии.
В Аличуре можно найти несколько частных магазинов, выбор небольшой, но по меркам местных это почти супермаркет и здесь есть все, что действительно необходимо. В том числе насвай. Он не запрещен в странах Средней Азии, продается в свободном доступе и в любых количествах. Сигареты местным недоступны, их почти не привозят, а те, что доезжают, стоят космических денег. Рентабельнее — насвай. Банка стоит прямо на прилавке, подходи, насыпай сколько нужно, завешивай и оплачивай.
В каждом доме лежат ковры, их крепят на стены и потолки, так сохраняют тепло. Но из-за того, что нет электричества, нет возможности ковры пылесосить. Поэтому здесь их стирают и камни служат не только местом, где это можно сделать, но и настилом, где ковер потом сушится.
В Аличуре мы останавливались на две ночи в хомстее и случайно увидели, как готовят лепешки для местного кафе, где обедают все дальнобои и туристы, которые здесь останавливаются. Условия не самые санитарные, просто раскатывают скатерть на полу и дело пошло. Но этим здесь никого не удивишь, в каждом доме делают точно так же. А лепешки потом пекут в уличной печи, в тандыре. Получается очень вкусно, особенно пока еще горячие. Мы прикупили себе в дальнейшую дорогу.
В Аличуре есть два гостевых дома, если верить надписям на домах. Но оба они еще не были достроены, окна были забиты досками, а проемы для дверей наглухо были заложены кирпичом. Возможно, за последние два года что-то изменилось. Если вы были на Памире в этих краях, рассказывайте, чем отличалось от того, что видели мы.
Пока вы дочитывали эту статью, мы уже написали продолжение, вторая часть
третья часть
четвертая часть
__________
Последние несколько лет мы с мужем живем походной жизнью, совершаем пешие или велосипедные маршруты длительностью в несколько месяцев. У себя на канале рассказываем о всем, что с нами происходит. Более подробная информация о нас и нашем канале здесь — «А чего дома сидеть?». Давайте знакомиться!
Читайте также:
