Будучи желанными иконами и сосудами коллективной памяти, знаменитости пронизывают все стороны современной жизни.
В своем романе «Портрет Дориана Грея» (1891) Оскар Уайльд дразнил: «здесь только одна вещь в мире хуже, чем о ней говорят, и это не то, о чем говорят. Когда он написал эти слова, Уайльд был на вершине своей славы - и в начале романтического скандала, который сделает его печально известным. Часто униженный, но в равной степени восхищающийся его провокационной прозой и ярким позерством, неудивительно, что Уайльд привлек бы общественное внимание своим спорным романом с лордом Альфредом Дугласом и его страстной защитой в зале суда «любви, которая не смеет произносить свое имя». Это был не первый и не последний случай, когда личность Уайльда больше, чем жизнь, затмила его профессиональную репутацию. Одна из самых эксцентричных, харизматичных и узнаваемых фигур того времени, Уайльд более полно, чем большинство, испытал привилегии и опасности, о которых говорили. То есть: Уайлд хорошо знал силу знаменитости.
И что это? Почему мы считаем Уайльда знаменитостью, а не, скажем, сэром Исааком Ньютоном? Что такое знаменитость, и когда появилась знаменитость, как мы ее знаем? Чем знаменитость отличается от других категорий признания, таких как слава или известность?
Знаменитость отличается от других форм общественного одобрения, потому что она основывается на индивидуальной личности. В своем, казалось бы, бессмертном совершенстве знаменитости предлагают нам убежать от мирского, они развлекают нас, они доставляют нам удовольствие или помогают нам выразить нашу боль. В своем слишком человеческом несовершенстве они заверяют нас в наших собственных недостатках, воспитывают чувство принадлежности и напоминают нам, что борьба — это просто условие человеческого опыта. Знаменитости отражают нашу индивидуальность - они показывают нам, кто мы. Но они также очаровывают нас иллюзией, показывая нам, кем мы хотим быть.
Происхождение знаменитости настолько оспаривается, потому что есть совершенно разные определения термина. Например, стало обычным делом заменять «славу» «знаменитостью» и наоборот. Но используя эти слова взаимозаменяемо, мы игнорируем конкретные исторические контексты, в которых они развивались. Происходя от латинского fama, слава была сначала связана через эпическую поэму Вирджила «Энеида» с Ромой, богиней слухов и распространителем новостей, которая использовала «свои крылья и ее многочисленные рты, чтобы рассказать все». Слово «слава» прошло через старофранцузский и средний английский, чтобы обозначить, к 13-му веку, общественную оценку человека, а к 14-му веку популярное признание.
Обеспокоенная славой героических действий и похвальных деяний харизматических героев и так называемых великих людей, она стала статусом, зарезервированным для немногих: Александра Великого, Карла Великого, Марко Поло, Платона, Аристотеля, Леонардо да Винчи, Жанны д «Арк и так далее. Через какое-то время литания деспотов, преступников и правонарушителей, от Нерона, Калигулы, Аттилы Гунна, Джесси Джеймса и маркиза де Сада до Распутина, Мата Хари и Чарльза Мэнсона, могли бы соперничать с почитаемым вниманием общественности. Нерестили рассказы, которые избаловали и терроризировали публику, очарованную темной стороной человеческой натуры, печально известную нависала над коллективным воображением. Будучи ренегатами, извращенцами и жуликами, пресловутые злодеи сформулировали сардоническое и оживили жуткое.
Славой можно было наделить отдельного человека благодаря его добрым делам, а также благодаря его высокому наследственному положению: королева была известна просто потому, что она была королевой. Однако, полагаясь на меру внешнего контроля, знаменитости подразумевали взаимность между уважаемостью и публикой, что делало его не столько обозначением, сколько процессом переговоров. В отличие от «славы», которая подразумевала уважение и почтение, «знаменитости», получившие широкое распространение в 18 веке, вызывали подозрения. Они стремился к легитимности и боролись с критикой излишеств и поверхностности. Знаменитость была коллективно создана и опосредована таким образом, что славы не было. Слава нуждалась в известном человеке; знаменитости требовалась разумная аудитория.
Продолжение в следующей статье...