Я не против ветровых электростанций как таковых, но есть определенные места, где они принадлежат, и определенные места, где они не»
Эта идея лежит в основе усилий по охране природы под названием «Право ветра на месте». Это началось почти 10 лет назад, когда Брайан Обермейер и его коллеги пытались отреагировать на развитие ветра.
«Охрана природы с самого начала ясно дала понять, что мы поддерживаем энергию ветра», - говорит Обермейер. «Это просто попытка помочь выбрать место так, чтобы избежать ключевых мест обитания».
Команда Conservancy ломала голову над тем, как смягчить воздействие ветряных электростанций на районы, которые они идентифицировали как экологически ценные, такие как большие участки местной прерии или игровые площадки.
«Мы обнаружили, что есть места, которые вы просто не можете [смягчить последствия ветровой электростанции]... они незаменимы», - говорит Обермейер. «Вы не можете воссоздать нетронутые родные луга. Вы просто не можете смягчить это.
Но, взглянув на карты, они поняли, что в Канзасе имеется более 6 миллионов акров полностью проделанных дорог и пахотных земель, в основном к западу от Флинт-Хиллз, где развитие ветра не представляет особой угрозы для дикой природы и редких экосистем. Этого достаточно для 134 гигаватт установленной мощности ветра, что примерно эквивалентно 100 обычным электростанциям - намного больше, чем даже самые оптимистичные прогнозы по производству ветров в штате.
«Девятнадцать процентов штата, обладающих жизнеспособными ветровыми ресурсами, вообще не потребуют никакого [экологического] смягчения», - говорит Обермейер. Это область больше, чем Флинт Хиллз.
Затем Обермейер обратился к Крису Хайзу, заместителю директора по охране природы в главе охраны природы Оклахомы. Хайз отработал свои навыки в области ГИС и расширил карту правого ветра на канзасском участке до 17 штатов по «национальному« поясу ветра »от Огайо до Техаса и Монтаны. Почти во всех этих штатах имеются обширные районы с высоким ветроэнергетическим потенциалом, которые не противоречат целям сохранения.
Натан Камминс (Nathan Cummins), директор стратегии возобновляемых источников энергии Великой равнины в Conservancy, говорит, что организация продвигает Site Wind Right вместе с государствами и разработчиками ветровой энергии через такие организации, как Американская ассоциация ветроэнергетики и Американский институт дикой природы ветра. Одна энергетическая компания - Evergy, которая поставляет электроэнергию более чем 1,6 миллионам клиентов в Канзасе и Миссури, - напрямую использует карты Site Wind Right при принятии решений о выборе места расположения.
Интересный факт
Уилсон также является автором песен. Иногда она поет о прерии, которая ее окружает.
«В целом, это очень позитивное сообщение», - говорит Хиз. «Похоже, что у нас есть потенциал для производства чего-то вроде 1000 гигаватт мощности ветра, достаточно места для развития ветра без отрицательного воздействия на дикую природу».
В конечном счете, борьба на Флинт-Хиллз - это борьба за почти нетронутый остаток прерии - последние 4% высокорослых трав - и образ жизни.
Энни Уилсон владеет ранчо Five Oaks площадью 2000 акров в южной части Флинт-Хиллз, в основном это родные прерии. В колледже в 1970-х годах она была огромным сторонником энергии ветра.
«Я была уверена, что все мы будем использовать энергию ветра и солнца исключительно к концу века», - говорит она. Но когда она осознала масштабы развития ветра, она начала опасаться его воздействия на окружающую среду.
«Я не верю в термин« ветровая электростанция ». Я думаю, что это действительно обманчивый эвфемизм », - говорит она. «Мне кажется, что вы хотели бы разместить эти системы в местах, которые не содержат последние несколько процентов угрожаемой экосистемы, как прерия высокорослых».
«Одна из моих песен -« Чистая кривая холма против неба », - говорит она. «Идея состоит в том, что на земле осталось так мало мест, что вы можете это увидеть, но вы можете увидеть это здесь, где нет ни деревьев, ни башен, ни зданий ... только горизонт прерий".
