Абхазкое полуладкое или Алексей на заниженной приоре. Тиндер.

Вечер. Пишу курсовую. Нет. На самом деле пинаю мистера Hulio под видом сложной, кропотливой работы. Стол вибрирует. Пытаюсь найти под Эверестом распечаток телефон. Нахожу. Рисую иероглиф между 9 точками. Палец сразу касается иконки тиндера. Эсемеська от Алексея: "Можем встретица через час? Я подскачу к тебе на машинке. Нетерпится увидеца ес чесн...". Мозг принимает решение около минуты. Взвешивает перспективу остаться дома и весь вечера выдавливать из себя курсеч и шанс подтянуть знания Алексея по русскому языку до приличного левла. Тяжелее оказывается последняя чаша. Мозг даёт сигнал большому пальцу печатать адрес, а ногам идти к шкафу и выбирать антимонашеское одеяние.

Через полчаса я уже еду в раздолбанной приоре, слушаю Коржа и рассуждения Алексея о Питере, "девках" из тиндера и абхазском полусладком. Связный текст получается только у Макса.
– А ты ничё такая, – говорит Алексей, перемещая жвачку в пространстве рта – тип скромно одета, вся такая леди тип, миледи, прям дворяночка.
В этот момент думаю, что пора сменить шкаф-нарнию, который ведёт, видимо, в близлежащий женский монастырь.
– А то я тут с одной общался, вот она ну вообще пипец пришла, всё наружу, всё вываливается. Не, я не то, чтобы против, просто, ну ты сама понимаешь, тип девушка должна быть скромной, интеллигентной там и всё такое, чистой, вот да...ну ты меня понимаешь.
Неожиданный поворот разговора и машины отзывается на моём лице удивлением. Претендент Алексей, видимо, замечает это. Открывает окно. Сплёвывает содержимое рта в рядом проезжающий опель и начинает "разъяснять за своё понимание". Мобильный лектор разворачивает свиток с заголовком 'Она должна' и зачитывает пункты. Лекция длится не долго, но критериев к девушке-мечте насчитывается достаточно, чтобы выйти из заниженной приоры с заниженной самооценкой. Куховарка-прачка-стриптизёрша-тигрица-девственница будто сидит на заднем сидении третей. Смотрю в зеркало заднего вида. Пусто. Но чувство пушкинского идеала поблизости не покидает. Оборачиваюсь. Нет, ошиблась. Девственно чистый ангел не снизошёл с небес прямо в приору моего сегодняшнего спутника. Думаю, как быстрей попасть обратно за стол с Эверестом бумаг и недописанной второй главой. Хотя Корж настаивает, что «тралики уже не ходят» и нужно выстоять / выдержать / потерпеть, принимаю решение двигать из приоры на своих двоих и как можно скорее.
Неожиданная остановка.
– Ну вот мы прибыли. У меня там дома абхазское полусладкое. Давай его сначала захватим, а потом уже двинем дальше. Только нам нужно, короче, вместе подняться ко мне, а то я один тип заблужусь, наверное, – говорит Алексей, открывая предо мной 32 жёлтых лебедя.
Пытаюсь соответствовать только что описанному идеалу – вежливо отказываюсь. Алексей недоумевает и повторяет сказанное, но настойчивее. Снова отказываю, но увереннее. Он резко хватает за плечи и разворачивает к себе. Хлопок между его щекой и моей правой. Громкое "Сука". Сухое "Прощай". Думаю, что абхазское полусладкое он всё-таки принял в этот вечер как лекарство. In vino veritas!