Герой Украины Владимир Жемчугов — человек не слишком разговорчивый. На вопрос, за что получил звание Героя, советует ознакомиться с соответствующим Указом президента Украины или деликатно переводит разговор в другое русло. И все же автору этих строк удалось его разговорить.
- Расскажите, как вы начинали вооруженную борьбу с оккупантами, проведя 30 спецопераций по уничтожению военных объектов врага и его личного состава.
— Это была партизанская война против врага. Ведь в открытое противостояние — в его классическом понимании — мы не могли вступать: силы были неравными. Прежде всего мне удалось собрать хоть и немного, но верных и смелых единомышленников, люто ненавидевших тех, кто пришел на их землю. Конечно, сразу же встал вопрос оружия, боеприпасов.
- Как решили этот вопрос?
— Решить эту проблему нам помогли те, с помощью кого этот персонаж в Кремле пытался продвигать на Украине так называемую «русскую весну»: покупали автоматы, мины, гранаты, армейское снаряжение у боевиков.
- Да неужели?..
— А ты, Сережа, веришь в сказки о том, что эти подонки высокоидейные люди? Я еще в начале нашего разговора говорил, что это за «ополченцы». Вооружаться нам помогали, кстати, не только они, но и сами россияне!.. Автомат Калашникова, например, стоил 200 американских долларов, а граната — 50. Поскольку на оккупированных территориях остались мои боевые побратимы, я не могу рассказать обо всех нюансах нашей партизанской войны. Скажу только, что нам удалось провести 30 достаточно удачных боевых операций, в результате чего враг понес потери не только в живой силе, но и военной технике. Нам также удавалось уничтожать и объекты его военной инфраструктуры…
Если бы время вернуть назад, боролись бы с оккупантами, зная, чем это может закончиться?
— Весной 2014-го, когда я еще только ехал в свой родной Красный Луч, я прекрасно осознавал, что за люди выступили против «киевской хунты», понимал и то, как будут развиваться дальнейшие события. Знал, что меня ожидает, если окажусь в руках «ополченцев»: уже в апреле 2014-го многих моих друзей, которые не желали жить в «русском мире», находили мертвыми. Вообще не находили. Поэтому мое решение начать войну против оккупантов было сознательным, взвешенным. Поэтому перед этим я все имущество и сбережения юридически оформил на родных людей. Это только наивные или обманутые российским ТВ люди могли поверить в то, что «русская весна» принесет им мир и процветание.
