27 июня Талита умерла. Никто не видел, как это произошло, но мы знали. Ночью прошёл дождь. Я переждал его в пещере. За несколько дней одинокого блуждания среди скал, нужно было научиться находить убежище. Оказалось, что это не так сложно. Со временем я даже полюбил дождь. Холодные струи воды, шум ветра – стихия успокаивала меня. И той ночью я был спокоен. На рассвете тучи рассеялись. Покинув пещеру, я понял, что не смогу идти в прежнем темпе. Ноги скользили по мокрым камням, тропа превратилась в месиво, глина липла к ступням. Передвижения отнимали много сил. Не прошло и часа после выхода из убежища, как я почувствовал ноющую боль в пояснице. Икры стали наливаться тяжестью. В голове поселилась тревога. Преследователи не теряли времени даром, и часто отдыхать было нельзя. Мои мысли прервала резка боль в груди и гул в ушах, которые сменились тьмой перед глазами. От этих ощущений я упал на колени. Удар был хорошо мне знаком. То же самое я почувствовал, когда мы не смогли спасти Раку. Мы