Если мы собираемся найти инопланетян, мы должны перестать предполагать, что они будут думать, как люди.
В 1985 году, когда я был маленьким журналистом, писавшим мою первую газетную статью в колледже, я освещал симпозиум в Гарварде, посвященный открытию Мегаканального внеземного пробития (META), компьютерной системы, разработанной физиком Полом Горовицем для просеивания через миллионы узких радиоканалов сигналов, поступающих из других цивилизаций.
В эти выходные Карл Саган представлял Планетарное общество, которое помогло профинансировать проект. Как и Стивен Спилберг, который выписал чек на 100 тысяч долларов. Выросший на "Космосе Сагана" и "Близких встречах Третьего Добра и Инопланетянина и Спилберга: Внеземной", я был поражен звездами. Но я также был в восторге от того, что почувствовал, как начинается путешествие, которое, наконец, превратит научную фантастику в реальность.
Никто на симпозиуме не был настолько опрометчив, чтобы предсказать, будет ли проект Горовица успешным и когда. Но если бы вы сказали собравшимся ученым, что 35 лет пройдут без того, чтобы META или кто-либо из ее преемников не обнаружили даже намека на сигнал, они бы отреагировали с разочарованием и неверием. Инопланетяне должны быть снаружи; они должны вещать; мы должны быть в состоянии услышать их. Но газета "Астрономический журнал 2020", подробно описывающая поиск 1327 близлежащих звезд с наибольшей чувствительностью на сегодняшний день, нашла нулевой сигнал-кандидат. Как же так получается, что продолжается Великая тишина - использовать заглавную фразу из книги 2018 года астронома Милана Чирковича?
РЕКОМЕНДАЦИЯ
Ну, только что написав свою книгу об истории этого вопроса (Extraterrestrials, MIT Press, апрель 2020), я подозреваю, что чего-то не хватает в нашем подходе к поиску внемировой разведки. Этот поиск построен на надежде, что если технологические общества существуют, то они общаются (1) с использованием тех частей электромагнитного спектра, которые мы можем наиболее легко сканировать с поверхности Земли, а именно радио и оптических частот, и (2) с использованием схем кодирования, таких как импульсная модуляция, которые мы можем легко распознать. Эти предположения имели смысл в первые дни SETI в 1960-х годах, когда поле было еще причудливым отростком радиоастрономии.
Но сегодня они кажутся фатально ориентированными на Землю и человека. Как писала Натали Каброль из Института SETI в астробиологической статье 2016 года "В наших поисках мы искали только другие версии себя").
Чего мы не знали в 1960-х годах, так это того, что вокруг большинства звезд есть планеты - и хотя многие из них находятся в "жилых зонах" своих систем, где поверхностные воды не будут ни кипеть, ни замерзать, лишь немногие из них точно похожи на Землю. Мы также не понимали, насколько трудной и адаптируемой может быть жизнь: Мы нашли ее в местах с дробящим давлением и обжигающими температурами, в Антарктических озерах, отрезанных от солнца на тысячи лет, и даже внутри атомных реакторов, где она питается радиацией. И мы не оценили ослепительное разнообразие стилей общения среди живых существ, которых мы знаем, - других животных, которые разделяют Землю.
Каброль прав: пришло время отойти от идеи, что инопланетяне будут думать так же, как и мы, или использовать такие технологии, как наша. Конечно, давайте продолжим слушать техносигнатуры, такие как радиосигналы. Как отметила основатель Института SETI Джилл Тартер, наши поиски пока сводятся к отбору одного стакана воды из океана. Но давайте также будем искать биосигнатуры, такие как признаки промышленной деятельности в атмосфере экзопланет-данных, которые мы скоро сможем собрать с помощью космического телескопа НАСА Джеймса Вебба. Давайте расширим поиск за пределы привычных солнечных звезд и красных карликов. Давайте посмотрим на планеты, где может царить экзотическая биохимия. Давайте используем наши компьютеры для моделирования того, как Вселенная может выглядеть для существ, которые развивались в различных средах и могли бы иметь очень разные органы чувств и нейронные системы. А затем давайте построим новые системы наблюдения и фильтрации, чтобы найти те сообщения, которые они могут посылать.
Может быть, завтра нам повезёт и мы обнаружим радиосигнал, который говорит "привет" в простом математическом коде, как предсказывал Саган в своём романе "Контакт" 1985 года. Но более вероятно, что если мы хотим найти то, что Cabrol называет "жизнь такой, какой мы ее не знаем", нам придется выйти за пределы наших собственных голов и думать больше как инопланетяне.
