Новый год Магда Вандер встречала в Инстербурге у сестры на Казерненштрассе. Сейчас каждый немец чувствуя катастрофу, тянулся к родным как в последний раз..
Верить
Магда оставила свой фермерский хутор и с двумя дочерьми сидела сейчас за столом. Мужья на фронте. Жареный гусь на столе и гремят вилки. Нежными скрипками звучит по радио "Песня о Германии" и ком слёз подступает к горлу. Вот и двенадцать размеренных ударов. 1945 год начинается в мертвой тишине.
В Инстербурге многим удалось эвакуироваться, несмотря на запрет Коха. Совсем мало горожан осталось, да и праздновать нечего. Темны и пустынны покинутые дома. Ни звука, ни света в зашторенных маскировкой окнах. Словно и нет никого.
На утро Магда вернулась на ферму, расставшись с сестрой в слезах. Луиза работала телеграфистом на почте, была мобилизована в штаб фольксштурма и не могла уехать с ней. Сестра убеждала Магду, что русские не появятся, что все будет хорошо. Фюрер, армия и гауляйтер Кох удержат коммунистов на границе.
Остается верить. Полгода назад орды азиатов приблизились к немецкой границе и паника накрыла Восточную Пруссию. Тогда власти не мешали эвакуации в центральную Германию. Магда закрыла ферму и села с детьми на поезд в Пиллау, чтобы паромом добраться до Данцига.
Но контрудар вермахта отбросил Советы назад. А новый гаулятер Эрих Кох получил должность рейхскомиссара обороны Восточной Пруссии. И решил жизнями немцев заслужить любовь Гитлера. С поездов и паромов пруссов ссадили и отправили домой. Рыть окопы, работать и жить, словно и нет русских рядом.
"Вместе, мы защитим Восточную Пруссию!" - орали все от рейхскомиссара Коха до бургомистра маленького городка...
Запрещено эвакуироваться самим, эвакуировать детей. Детей и стариков можно только на фронт, в батальоны фольксштурма. Запрещено думать о поражении, вывозить скот и ценное имущество. "Победа или смерть! Восточная Пруссия останется немецкой!" - висело на всех стенах и столбах.
Никто не знал, что Эрих Кох подготовил два буксира на случай бегства. Что три комфортных бункера ждут рейхскомиссара от Кенигсберга до Пиллау. Восточная Пруссия жила как ни в чем не бывало.
Ферма
Магда продолжала работать на ферме. И как все в округе, закатывала грибы и мясо в банки, стеллажи солений росли в каменном подвале двухэтажного дома. Каждый месяц рабочие запрягали жеребца в телегу и везли по продразверстке молоко и сыр в пункт сдачи продовольствия.
Бесчисленные ручейки фермерского труда сливались в огромную реку, наполняя продовольственные склады до самой крыши. Еду и спирт не успевали вывести, огромные алкогольные погреба и молочно-мясные склады трещали по швам.
А радио и газеты Германии ужасали подробностями зверств в освобожденных вермахтом пограничных селеньях. "Дикие монгольские орды не пощадят ни стариков, ни детей,но солдаты защитят вас!!" - твердила нацистская власть.
Страх террора заставлял Пруссию мобилизоваться, отправлять все больше продуктов и шить все больше одежды для немецкого фронта..
Молох
Но в конце 1944 напряжение сгущалось в воздухе с каждым днём. Появились жандармы, они рыскали в поисках диверсантов, изредка слышались далекие выстрелы. Блатом и взятками многим прусским семьям удалось получить разрешения и уехать подальше от линии фронта в Кенигсберг и Пиллау. Везунчики сели в поезд на далекий Берлин.
Но у Магды Вандер не было блата или родных в центральной Германии. Магда продолжала жить и работать здесь. Как и миллионы немцев верить в лучшее, верить фюреру и Геббельсу. На родовом крестьянском поле было тихо и хорошо.
12 января отелилась корова Бит, за хлопотами вокруг теленка прошел весь вечер. Наконец, рабочие и семейство Магды заснули крепким трудовым сном. И пока они спали, в 100 километрах восточней опустели немецкие окопы и туман накрыл линию фронта.
Под утро ферму Вандер разбудил едва слышный рокот. На ночном горизонте метались алые сполохи, невидимые вспышки подсвечивали звездное небо. Молох Войны пришёл забрать души.
ДАЛЬШЕ >> глава 7 Начало << (жми)
1945. ГОД ПОБЕДЫ: 1 Пролог I том 1"Кенигсберг"I 1 Перед ударом I 2 Фольксштурм 3 Вермахт 4 Армия СССР 5 Диверсанты 6 Рокот