Для нас мало что изменилось

Всем привет!

Почему-то мне кажется, что для таких людей, как мы, вся эта эпидемия, коронавирус и прочие бесконечные выходные не являются чем-то запредельным.

Сейчас весь мир живет так, как мы живем каждый день.

Мы давно привыкли жить не так, как нам хочется, не планировать свое будущее далеко, понимать, что у нас нет контроля над ситуацией, терпеть внешние обстоятельства. Терпеть. Терпеть. Терпеть.

Мы терпим дискомфорт, злость, терпим чью-то сто лет нам не нужную правоту, терпим свою "неправоту" (как же вы задолбали, эти, у которых "мнение"!). Терпим обиду и боль, терпим тревогу и страх.

Мы не тратим деньги на что-то, кроме жизненно необходимого (и да, алкоголь является жизненно необходимым на большинстве стадий). Мы давно разучились мечтать.

Мы не выбираем, что нам можно и нельзя.

И когда сейчас все вдруг подняли вой о том, как это невыносимо, три недели посидеть дома, я думаю: "Да заткнитесь вы! Что вы вообще знаете про невыносимо?!".

Но не могу не заметить, что общее уныние действует на меня удручающе.

На днях пишу своему другу в другую страну (тому, кто посоветовал книгу Алисы Миллер), что встревожена, потому что сегодня дважды ела в кровати. Первый раз это показалось офигенной идеей, второй раз была уже эта мерзкая формулировка "у меня нет сил".

Я очень рада, что сразу заметила это. При том, что вчера я тоже забралась под плед со стаканом молока и куском свежего хлеба, я всё же стала делать больше мелких дел именно потому, что уделила этому внимание. Потому что, в отличие от зыбучих песков, в нашем случае действие — любое — это жизнь. Я больше не позволяю себе есть в кровати. Если не хочешь вставать с кровати и идти на кухню есть — значит, не хочешь есть. А тащить в рот еду от скуки — и вовсе идиотское занятие.

Очень мучает одна мысль. Если бы я сейчас продолжала пить алкоголь, я бы не знала, как мне поступить с запасами. Лично мне было опасно держать дома запасной алкоголь — я могла выпить больше и отравиться, такое бывало. Если я вместо 0.5 водки выпивала больше, я чувствовала себя ужасно. Просто ужасно. И сложность была в том, что я открывала новую бутылку "из-за полрюмочки", а в результате выпивала три или четыре — и была еле жива.

Поэтому я свое расписание строила так, чтобы мне надо было раз в день выйти из дома за бутылкой, и выйти в приличном, по возможности, виде — в чистой одежде, ровной походкой.

То есть, когда я уже похмелилась, но еще не напилась. И, разумеется, рано или поздно каждый из нас додумывается чередовать магазины, где мы берем бухло, чтобы не примелькаться продавцам. Я скажу, что до сих пор не разгадала, какое мне дело до совершенно чужих мне людей и почему мне стыдно и неловко было бы быть замеченной в систематической покупке бухла. Хотя, конечно, тётеньки всё видели, мне кажется. Фиг знает.

И еще, конечно, тем, кто обычно пьёт втихаря, сейчас, наверное, совсем тяжко. Я помню дни, которые проводила с родственниками в одной квартире во время запоев. Это противно даже вспоминать, не говоря уже о том, как было противно тогда. Может, кому-то удастся провести эти дни без алкоголя, но смотря какой ценой. Тут важно уцелеть и не поехать башкой. И ни с кем не поссориться бесповоротно только потому, что нервы сдают. Это сложный период, но он не навсегда. Он закончится.

Я, честно говоря, не совсем понимаю, зачем пишу этот пост. Может, хочу просто показаться на радарах и напомнить: у меня была лютая стадия алкоголизма, с точки зрения медицины я была безнадёжна. Я изучала себя, реакции, причины, людей в целом. Я делала маленькие шаги. Сейчас у меня здоровый сон и общий фон, это дорогого стоит для тех, кто понимает разницу.

Жить нормальную жизнь с алкоголизмом — можно. Можно даже жить её трезвую.