Муссон
Четверг, 16 апреля 1987 года, выдался ясным весенним днем. После обеда отряд кораблей в составе МПК № 117 - малого противолодочного корабля, малых ракетных кораблей “Муссон” и “Вихрь”, а также двух ракетных катеров снялся с якоря в заливе Стрелок и взял курс в заданный район залива Петра Великого для отработки совместной стрельбы зенитно-ракетным комплексом.
Примерно часа через два они разделились, МПК № 117, “Муссон” и “Вихрь” образовали ордер, по которому ракетные катера должны были выполнить стрельбы ракетами-мишенями. Кораблям же ордера требовалось отбиться от них.
Шел седьмой час вечера, когда поступила команда и один из катеров пустил первую крылатую ракету-мишень по “Муссону” - ядру ордера. Обнаружив цель, “Муссон” ударил по ней двумя ракетами из зенитно-ракетного комплекса, которые и разорвались в зоне поражения ракеты-мишени. Выпущенная стреляющим катером следом вторая ракета-мишень пронеслась в свободном полете над “Муссоном”, так как на корабле было уже не до нее...
Пораженная первая ракета-мишень резко изменила траекторию полета, стала снижаться и спустя несколько мгновений вонзилась в надстройку “Муссона” - радиорубку. Пронизав ее, она взорвалась (горючее и окислитель ракеты) на главном командном пункте (ГКП) корабля. “Муссон”, содрогнувшись от удара и взрыва, загорелся. В ходовой рубке стреляющего катера по радиосвязям разнеслось: “Первый”, я “Третий” (позывной “Вихря”), во “Второй” (позывной “Муссона”) попало “изделие”. “Второй” горит. Люди покидают корабль...”
Было 18 часов 36 минут.
Получив трагическую весть, стреляющие катера полным ходом пошли к месту бедствия “Муссона”. В 19 часов 13 минут катера и корабли были в сборе и рассредоточились примерно в 2 кабельтовых от “Муссона”, надстройка которого была объята сильным пламенем.
Руководитель стрельб - командующий объединением контр-адмирал Л. Головко, находящийся на ПМК, пресек попытки некоторых командиров кораблей подойти к “Муссону” и помочь ребятам, призывно размахивающим руками. Он приказал не приближаться к горящему кораблю во избежание новой беды, ибо тот был загружен артбоезапасом и зенитными ракетами. Не предвещали ничего хорошего и крылатые ракеты на борту “Муссона”.
Корабль был полностью обесточен, вследствие чего вышли из строя все системы пожаротушения и связь. Часть спасательных средств сгорела, другие от моряков отрезал огонь. Надстройка и другие конструкции корабля, выполненные из алюминиево-магниевых сплавов, от высокой температуры горения плавились как пластилин. Этой лавой и дымом закрыло контейнеры с крылатыми ракетами по левому борту (они сгорят дотла не взорвавшись). Поэтому находящиеся на “Муссоне” и на окружающих кораблях не видели и не знали, что с ними. С правого же борта контейнеры с ракетами встали “на попа” и, свалившись в воду, затонули.
Командир “Муссона” капитан 3-го ранга В. Рекиш, 1-й заместитель командующего объединением капитан 1-го ранга Р. Темирханов и ряд других офицеров, мичманов, старшин и матросов погибли сразу же после взрыва. За старшего на объятом пламенем “Муссоне” остался помощник командира корабля капитан-лейтенант Игорь Голдобин. Получив при взрыве травму позвоночника, перелом ноги и ожог руки, он тем не менее остался в строю, возглавив вместе с замполитом старшим лейтенантом Василием Загоруйко сначала борьбу с огнем, а затем и организацию спасения оставшихся в живых людей.
Во избежание преждевременного взрыва морякам удалось приоткрыть крышки погреба с зенитными ракетами, чтобы снизить внутреннее давление. Они пытались подозвать к себе другие корабли, пусть не помочь, а чтобы хотя бы с них перебросили на “Муссон” пожарные шланги, ведь голыми руками и даже огнетушителями разбушевавшуюся огненную стихию не укротишь. Однако оттуда ответили, что командование не дает “добро” на сближение. Морякам “Муссона” оставалось рассчитывать только на себя.
Проверив температуру переборок в районе 33-го шпангоута, за которыми находились старшинский кубрик и погреб с зенитными ракетами, и убедившись, что переборки уже горячие и пламя вот-вот перебросится на старшинский отсек, поняли, что благие надежды тщетны: кораблю уже ничем не помочь. Тем более если учесть, какую угрозу могут представлять ракеты по левому борту, о состоянии которых ничего известно не было. И капитан-лейтенант Голдобин отдал приказ всем покинуть корабль. Тех, кто был тяжело ранен или не умел плавать и боялся прыгать в воду, хотя только что проявлял мужество на горящем корабле, облачали в спасательные жилеты и выбрасывали за борт в ледяную воду. Жестоко? Наверное, все-таки нет. В сложившейся ситуации это был единственный шанс выжить. Вслед им бросили плотик, сооруженный из контейнеров из-под зенитных ракет. Последними с гибнущего корабля спустились в воду по якорной цепи, цепляясь за нее обожженными руками, помощник командира Игорь Голдобин и замполит Василий Загоруйко...