Найти в Дзене
Елена и ребята

Самоизоляция в гостинке на пространстве 14 квадратов

Вот уже прошла первая неделя самоизоляции. Каждый прожил её как мог, хотя вроде бы условия у всех были одинаковые: работа на удалёнке или вообще отсутствие работы и нахождение в четырёх стенах. Но дело в том, что четыре стены у всех разные. Я с двумя детьми девяти и семи лет (второй и первый класс) обитаю в гостинке общей площадью 17, а полезной площадью — 14 метров. Работаю учителем русского и литературы в школе. Пока самоизоляция только началась, то есть с 1 по 5 апреля, мы относительно её соблюдали (ходили на небольшую прогулку под видом визита в магазин), смотрели фильмы, разговаривали. Я была даже рада, что имею возможность пообщаться со своими детьми. К тому же вечером 4 апреля ко мне закатилась одна приятельница — ой, давно не виделись, да и есть так хочется, что даже переночевать негде… Сама она работает (недавно устроилась) в «Аллее», поэтому имеет справку, что ей можно перемещаться. 5 апреля в воскресенье мы с ней двинулись в магазин, взяли помимо прочего две бутылочки пива
Не всё в компьютере сидеть, можно и книжку полистать!
Не всё в компьютере сидеть, можно и книжку полистать!

Вот уже прошла первая неделя самоизоляции. Каждый прожил её как мог, хотя вроде бы условия у всех были одинаковые: работа на удалёнке или вообще отсутствие работы и нахождение в четырёх стенах.

Но дело в том, что четыре стены у всех разные. Я с двумя детьми девяти и семи лет (второй и первый класс) обитаю в гостинке общей площадью 17, а полезной площадью — 14 метров. Работаю учителем русского и литературы в школе. Пока самоизоляция только началась, то есть с 1 по 5 апреля, мы относительно её соблюдали (ходили на небольшую прогулку под видом визита в магазин), смотрели фильмы, разговаривали. Я была даже рада, что имею возможность пообщаться со своими детьми. К тому же вечером 4 апреля ко мне закатилась одна приятельница — ой, давно не виделись, да и есть так хочется, что даже переночевать негде… Сама она работает (недавно устроилась) в «Аллее», поэтому имеет справку, что ей можно перемещаться. 5 апреля в воскресенье мы с ней двинулись в магазин, взяли помимо прочего две бутылочки пива, прошли на кассу, а там тётенька строгого вида требует:

— Паспорт покажите.

Я подумала, что это такая карантинная мера — следят по прописке, чтобы не шибко далеко удалялись от своего жилища.

— Вам прописку показать? — спрашиваю. — Мы тут недалеко живём, на Курчатова.

— Какая прописка?! — возмущается тётенька. — Возраст покажите!

Вот тут мы с подружкой и обалдели. Потому как мне тридцать два годика, а ей тридцать, и на девочек пубертатного возраста мы вроде лицом не похожи. Наверное, потому так подумали, что очень уж мы весёлые были.

Дома мы ещё поностальгировали по 90-м, послушав Таньку Овсиенко и Гарика Сукачёва, приятельница сплясала с моим сыном, а потом получила какое-то долгожданное сообщение от некого кавалера и, как настоящая цыганская дочь, ушла за любимым в ночь, поблагодарив меня за поддержку в трудной жизненной ситуации.

-2

Но вот настало 6 апреля — первый день дистанционного обучения. Я проснулась без десяти семь, умылась, причесалась, оделась (специально) в блузку и сарафан (то есть как на работу, чтобы создать настрой) и уселась перед компьютером. Открыла электронный журнал, чтобы вести уроки по расписанию — ну и, разумеется, обнаружила, что он висит.

К восьми часам начали выползать из одеял дети и просить есть. Пришлось прерваться на приготовление каши. Сварила, поставила тарелки на поднос (стола обеденного у нас нет), вернулась к компьютеру. Зашла в Гугл класс, оставила подробно расписанное задание. И с чувством выполненного долга углубилась в учебник.

Где-то в девять тридцать я вспомнила, что надо подключить на телефоне интернет и найти Вайбер. А там уже была куча сообщений на тему «Что делать?» И ещё таких: «Что делать?!»

— Мама, мама, что делать? — начали ныть уже мои дети.

— Я работаю! — строго оборвала их я. — Я же вчера говорила. Сами придумайте.

Они придумали. Пошли стирать свои игрушки. Положили их в стиральную машинку, включили стирку. Поставили стульчик, взяли чай, оладьи и устроили себе пикник в санузле.

— Видишь, мама, мы отдыхаем и не мешаем тебе, — сказали они.

И правда, в первый день они были умнички.

И во второй.

На третий случился взрыв. Они поссорились из-за компьютера, сын не хотел отдавать дочери компьютер поиграть. Я как раз отвечала ученикам на их вопросы в Гугл классе.

— Да успокойтесь вы, ребята. Дайте мне дописать.

Но они не успокаивались, наоборот, сын стал кричать, что этот ноутбук не достанется никому, и пошёл открывать окно, чтобы его выкинуть.

Тут уж пришлось вмешаться. Я бросила переписку с учениками, занялась родными детьми, скомандовала им собираться на прогулку и устроила выход в «Командор».

Но со своими-то тоже надо делать уроки. Много уроков. Бегала от одного к другому. Параллельно отвечала на вопросы родителей в Вайбере, вопросы учеников во Вконтакте… Вопросы предметников в электронном журнале…

Работаем в поте лица
Работаем в поте лица

Вроде бы сидишь дома, уроки не проводишь, а целый день какая-то деятельность идёт… Деятельность-то идёт, но смысла в ней (глубокого, приносящего удовлетворение от работы) я лично не вижу. Побыла учителем для своих родных детей — вот это хорошо. Но для своих школьников учителем себя не чувствую. Чувствую каким-то дефект...пардон, эффективным менеджером.

Уж не знаю, закончат ли у нас досрочно учебный год. Мне бы хотелось, чтобы дотянули до конца мая — не тушкой, так чучелом. Если учиться дети не будут, дома они не усидят, и мои в том числе.

Расскажите, пожалуйста, а вы как учитесь с детьми-школьниками?