Найти в Дзене

Мальчик не понимал людей.

Мальчик не понимал людей. Совершенно их не понимал - неизвестность, как известно, вызывает страх. Поэтому мальчик боялся людей. И, тем не менее, поскольку он жил среди них, он пытался их понять, но часто все вело к провалу.
Это непонимание доходило, пожалуй, до мелочного абсурда. К примеру, он никак не мог понять, зачем люди едят три раза в день, причем не абы как - собираются все вместе за одним столом и едят, еще и в конкретное время каждый день. Возможно, это какой-то ритуал или традиция, но что бы изменилось, если бы мальчик кушал, допустим, раз пять в день, или два? Кушал сколько он захочет, и кушал когда захочет, и для этого ему не нужно было собираться с людьми вместе - что было бы? Еще он не понимал, зачем ему нужно улыбаться в моменты, когда его просят улыбнуться. Например, когда фотографируют. Говоря откровенно, едва ли он мог осознать и практический смысл фотографий его детства. Он не хотел улыбаться, но улыбался. Спустя десятилетия он ясно видел свое детское, по-своему си

Мальчик не понимал людей. Совершенно их не понимал - неизвестность, как известно, вызывает страх. Поэтому мальчик боялся людей. И, тем не менее, поскольку он жил среди них, он пытался их понять, но часто все вело к провалу.

Это непонимание доходило, пожалуй, до мелочного абсурда. К примеру, он никак не мог понять, зачем люди едят три раза в день, причем не абы как - собираются все вместе за одним столом и едят, еще и в конкретное время каждый день. Возможно, это какой-то ритуал или традиция, но что бы изменилось, если бы мальчик кушал, допустим, раз пять в день, или два? Кушал сколько он захочет, и кушал когда захочет, и для этого ему не нужно было собираться с людьми вместе - что было бы? Еще он не понимал, зачем ему нужно улыбаться в моменты, когда его просят улыбнуться. Например, когда фотографируют. Говоря откровенно, едва ли он мог осознать и практический смысл фотографий его детства. Он не хотел улыбаться, но улыбался. Спустя десятилетия он ясно видел свое детское, по-своему симпатичное, лицо и, человек неискушенный бы подумал "какой милый мальчик", но чем дольше он бы всматривался в него, тем сильнее бы замечал, какая странная, искусственная гримаса была на лице ребенка. Иван, например, видел её весьма четко. Еще в детстве Иван считал, что улыбка - это что-то настоящее, призванное показать радость. Какой в улыбке смысл, если она искусственная? Зачем такая нужна? Еще мальчик не понимал, почему он должен общаться с другими детьми, и почему он должен дружить с ними. Главное, чего он не понимал, почему родители, оба состоявшиеся люди, жили вместе, хотя не любили друг друга, часто ссорились и скандалили.

Он не понимал многих вещей, и пусть спустя годы он нашел на многие из них ответы, а точнее ответ, но это заняло много времени, которое он мог сохранить. Любые попытки разобраться в вопросах были приняты в обществе в штыки. "Ты задаешь странные вопросы, сынок", "ты дурачок, Вань?", "не мешай маме", "ну, понимаешь, тебе нужны друзья, чтобы они тебе помогли", "просто скажи сыыыр" - даже когда ему отвечали, едва ли он видел в этих ответах смысл, а даже если и принимал - от ответа рождались новые вопросы, которые камнем ложились ему на сердце. В конце концов, но нашел ответ.

На все свои вопросы он нашел один лаконичный ответ - мальчик на самом деле не являлся настоящим человеком. Возможно, он был сломанным, а может быть и вовсе человеком не являлся - ответ тоже был не самым точным, но ему было достаточно и его. Ведь почему он не мог понять того, как устроен этот мир, когда остальные люди, казалось, не придавали этому никакого значения - значит их это не волновало, значит они знают ответы на вопросы, и даже если они делятся ими с ним, он их решительно не понимал. Значит, он был чем-то иным. В какой-то момент мальчик просто начертил границу между собой и всем остальным. А может все остальное начертило эту границу от мальчика. Может быть она была всегда, и мальчик просто не видел её. Какая разница? Граница есть - и с момента её осознания она была четкой и ясной, словно тот факт, что ноги мальчика всегда тянет к полу. И этой границы Ваня испугался даже сильнее, чем непонимания людей. Ваня боялся остаться один, боялся быть непринятым, одиноким. Он боялся того, что однажды кто-то узнает - он другой, сломанный, не человек! А может быть он даже не боялся - он не паниковал, и не волновался по этому поводу, просто решил, что нужно избежать раскрытия его тайны. Так он и жил - в "страхе" перед тем, что однажды все догадаются, что он - не такой.

Поэтому он улыбался на фотографиях - старался искренне, и у него начало получаться. Он всегда ел вместе со своей семьей, со старой, и которой потом сделал сам. Он вырос обычным человеком - спокойным, в какой-то степени эрудированным и крайне меланхоличным, но, тем не менее, очень обычным. Он выучился на психолога, некоторое время работал по специальности, а потом стал художником - знакомые ценили его, жена любила, хоть они временами ссорились, а двое детей видели в нем пример для подражания. В жизни его были взлеты и падения, но в один день жена нашла его повешенным в квартире. Знакомые скажут, что на самом деле он часто ругался с женой, и проблемы были в семье, знакомые же скажут, что у него были проблемы с финансами. Истинной причиной самоубийства не знал даже сам Иван - он винил в этом также проблемы семейные или финансовые, точно он не знал, но что-то из этого, либо вместе. На самом деле он давно забыл, что он притворяется настоящим человеком. Он забыл, что он не понимает людей.

На самом же деле самоубийство инсценировал кот Ивана, агент кошачьего рейха по кличке Зига.

Так вот, Зига, будучи котенком, не понимал кошек...