В ноябре прошлого года тихо и незаметно для большинства, ушла в прошлое великая парфюмерная эпоха, которая на всем пост-советском пространстве называлась "Дзинтарс".
Прибалтика даже в Советском Союзе была немножко заграница и практически Европа. И уже тогда парфюмерия Дзинтарса по своему качеству, по концепции, по внутреннему нерву, по стройности и красоте композиции была значительно ближе к "французским духам", чем к продукции советской парфюмерии - "Новой зари", "Северного сияния" и "Уральских самоцветов".
В сибирском городе я зачарованно слушала рассказы бабушки с латышскими именем и отчеством о совершенно необыкновенных духах - "Рижская сирень" и "Тайна рижанки". Достать эти духи в эпоху в Сибири так и не удалось.
Когда бабушки уже не было, я начала путешествовать по Союзу и закладывать первые кирпичики своей парфюмерной коллекции.
Какой же тонкой, нежной и необыкновенной казалась мне композиция "Кристины". И всем вокруг, еще не искушенным в парфюмерии так казалось и я собирала на "Кристину" охапки комплиментов.
А сама наслаждалась концептуальным, горячим и страстным ароматом "21". До сих пор не знаю, что означают эти цифры.
Но даже из поездок по стране мне не удалось привезти это чудо, эти волшебные духи, о которых мечтали мы с бабушкой - "Тайну рижанки" и "Рижскую сирень".
Только много позже, когда "Дзинтарс" заполонил Москву странными кремами, очень хорошей помадой и неплохой парфюмерией, я купила и то, и другое.
И знаете что, снова "Рижская сирень" оказалась ближе к дорогому западному селективу "Струны моего сердца" Ineke", чем к "Персидской сирени" "Новой зари".
А вот "Рижанкой" я была разочарована. Но возвращалась к ее тягучему коричневому аромату, напоминавшему терракотовые крыши и стены старой Риги, густой и такой чужой аромат "Рижского" хлеба, соленый холод Балтийского моря. Кажется, рижанка была вовсе светленькой девушкой с картинок в национальном костюме, а темно-русой женщиной в возрасте со сжатыми губами, которую жизнь, разучила улыбаться, как мою бабушку. Но, неоднократно теряя в жизни все, эта женщина не потеряла достоинства.
Мне очень не нравилась "Тайна рижанки". Даже больше - я ее не любила. За обещанное и не случившееся волшебство аромата. За солоноватую горечь, за отсутствие всех тех цветов, что заявлены в пирамидке. За некую схожесть с аутентичным и скучным "Балом в Версале" Деспре.
Только почему-то эта "Тайна рижанки" всегда у меня была. Именно в классической форме, "в духах". Я разнашивала ее годами на ночь, не понимала, и покупала один флакон за другим, чувствуя что тайна где-то рядом и совсем скоро откроется.
Но тайна закрылась. Какая-то дурацкая история с налогами. Государство сожрало собственный миф вместо того, чтобы помочь ему шагнуть в третий век красивой истории.
И тайны больше не будет. Она ушла вместе с теми женщинами, кто мечтал об этих духах, с теми, кто покупал их за советские деньги, отстаивая советские очереди.
Мне они доставались почти даром - двести-триста рублей, со скидкой на Вайлдсберриз - совсем другая эпоха. И вот их больше не будет. И так пронзительно щемит сердце. "Рижанка" ушла и унесла свою тайну с собой.
