Это было ещё в те достославные советские времена, когда карающие правоохранительные органы хотя и как карали, но с милицией тогда можно было полюбовно договориться посредством всемогущего "блата" и "связей", используя принцип "ты мне - я тебе".
Однажды нас с другом Виталькой, пьяных, загребла на улице спецмедслужба и доставила в вытрезвитель.
Витальку в итоге отпустили как находящегося в слабой степени опьянения, а меня раздели до трусов и засунули в камеру-палату.
Хожу из угла в угол, тоскую. Вдруг - осторожный стук-постук в дверь. Подхожу, а там Виталька: прокрался вовнутрь, не бросив друга, да и открыл дверь.
Я выскользнул, прошмыгнул, голый, по коридору, спустился по лестнице в какое-то полуподвальное помещение. Вижу - шкафчики, в шкафчиках - милицейская форма. Раздевалка, видать. Оделся в первое попавшееся, открыл окошко, прыг во двор и был таков.
Дома форму свернул и выбросил в мусоропровод от греха подальше.
Утром звонок в дверь. Стоят два милиционера.
- Вы не могли бы с нами проехать в райотдел, - вежливо так спрашивают, - там вчера к нам пьяный попал, вашим именем назвался.
В вытрезвителе меня сразу опознали. Давай кричать, ругаться. Но главный вопрос: где форма? Обокраденный сержант стоит ни жив ни мёртв, весь бледный такой. Утеря формы - вещь серьёзная: честь мундира, которую нельзя уронить и который в помойке. Вся милицейская карьера в тот момент оказалась, можно сказать, в моих руках.
-Дак это... В мусоропровод выбросил, - говорю.
Сержанту плохо, он шатается, хочет упасть.
-Ладно, - успокаиваю, - сейчас сбегаю, авось не увезли ещё мусор на свалку.
Дворник за бутылку портвейна откопал в мусоросборнике мой пакет, который я и отнёс в милицию.
Теперь предстоял важный шаг, от которого и моя карьера зависела: надо, чтобы телега о моём правонарушении не пришла на работу. А работал я в ту пору ни много ни мало, а в одном подразделении обкома ВЛКСМ!
Захожу к начальнику вытрезвителя.
-Товарищ капитан, - пру буром, - если телега придёт ко мне на работу, будет большой шум и знатный скандал. Ведь я работаю (и тут я очень сильно приврал) завсектором отдела пропаганды обкома комсомола. Зачем нам шум? Давайте разойдёмся краями. Тем более, я у вас, в сущности, и не ночевал и спецмедуслугами не воспользовался. А я, в свою очередь, никому не расскажу, как ваше должностное лицо по своей халатности допустило побег задержанного и утратило служебную форму.
Капитан подумал и согласился. Мы ударили по рукам.
Ты мне - я тебе...
