Через Брестскую крепость, считавшуюся в начале XX века одной из самых неприступных твердынь Европы, проходили линии фронта четырёх войн: Первой мировой, советско-польской, Второй мировой (в 1939 году) и Великой Отечественной. Многие яркие события, связанные с защитой крепости, остались в памяти народа, несмотря на отсутствие документальных источников.
Чеченские герои
Если в 1915 году Брестская крепость отвечала последним требованиям фортификационного искусства и могла стать серьёзным препятствием для немцев, то к началу Великой Отечественной войны ситуация сильно изменилась. Старые сооружения уже не могли устоять перед новейшей военной техникой. Да и доты, которые русские построили после занятия города в 1939 году, были известны немцам как свои пять пальцев – гитлеровцы отслеживали их возведение в бинокль с противоположного берега Западного Буга.
Настоящей «крепостью» стали 9 тысяч красноармейцев разных национальностей – не только русские, белорусы и украинцы, но и грузины, армяне, евреи. Все они сражались храбро. Единственным народом, который уже 22 июня стал массово сдаваться в плен, были поляки. По-видимому, они считали, что из двух диктаторских режимов, разделивших их родину в 1939 году, гитлеровский всё-таки «лучше».
Доказать выдающуюся роль тех или иных наций в защите Брестской крепости затруднительно. Но такие попытки предпринимаются. По мнению современных историков и политиков из Грозного, решающий вклад в оборону внесли чеченские и ингушские бойцы, составлявшие, по самым смелым оценкам, до трети гарнизона (2 с половиной тысячи человек). Рассказывают о чеченском батальоне НКВД, который объявил Гитлеру джихад, и о бравых джигитах, которые танцевали зикр на укреплениях под фашистским огнём. Свидетель с немецкой стороны Антанас Станкус писал о солдатах с «кавказскими лицами», которые, выкрикивая что-то на «гортанном языке», шли в штыковые атаки. Впрочем, в действительности роль вайнахов, личную храбрость которых, конечно, нельзя оспаривать, скорее всего, была более скромной. Так, писатель Халид Ошаев собрал данные о 275 уроженцев Чечено-Ингушетии, всего же их в крепости могло быть 300-400 человек.
Последние защитники
Штурм Брестской крепости немцами в основном завершился 30 июля после массированных бомбардировок и разрушения Восточного форта. Тем не менее, отдельные очаги сопротивления сохранялись до середины августа и даже позже. Группы красноармейцев и бойцы-одиночки нападали на захватчиков, а также прорывались из крепости и уходили к партизанам в Беловежскую пущу.
Бойцы РККА укрывались в подвалах, которые соединялись с системой подземных коммуникаций и ходов (возможно, ещё средневекового происхождения). Есть версия, что по подземелью они могли перемещаться в разные точки крепости и даже за её пределы.
Осенью 1941 года оккупанты шептались о некоей «фрау» с автоматом, которую также называли «кудлатой». Эта русская женщина неожиданно объявлялась по ночам и открывала огонь по часовым, после чего исчезала. Вероятно, она пряталась в очень грязном месте, так как её лицо и одежда были перемазаны сажей, а волосы сбились в клочья. Обнаружить партизанку так и не удалось, но с середины ноября сообщения о ней прекратились. Возможно, она умерла от ран или болезни.
Некоторые защитники крепости, по-видимому, были живы даже весной 1942 года. В романе Бориса Васильева «В списках не значился» главный герой – лейтенант Николай Плужников – укрываясь в казематах, оказывает сопротивление немцам до апреля. Имя реального прототипа Плужникова не установлено, но, по устным рассказам свидетелей, такой боец действительно существовал.