Эта история одна из моих любимых. Когда вспоминаю ее на лице возникает легкая улыбка.
Было это много лет назад. Тогда я училась в университете и из-за летней практики, не каждый год удавалось провести свой отпуск в деревне с бабушкой. Но в этот раз мне повезло. Спустя пару курсов я, наконец-то, ступила на порог старого дома, который помнила с самого раннего детства.
– Здравствуй, моя милая деревенька! – непроизвольно воскликнула я.
Двор был прежним, также бродили куры, а в тени от дома дремал старый огромный пес.
– И ты, моё лохматое чудовище, тоже здравствуй! – снова с восторгом проговорила я. – Иди же ко мне! Дай лапу, друг…
Все года моего детства, летом мы приезжали на несколько недель навестить бабушку. Была такая возможность. Мама работала учителем и потому ее длинный отпуск играл нам на руку.
В нашей деревне что ни двор, так там родня какая-то живет. Вот в соседнем доме муж сестры моего деда. На соседней улице - двоюродная тетка моей матери со своими детьми. А прямо через дорогу, напротив нашего дома, жила сестра моей бабушки со своим мужем.
Звали мы их просто – тетя Глаша и дядя Миша. Тетя Глаша была на вид скромной женщиной. Худощавого телосложения. Очень смуглой, от работы под солнцем. Всегда, как принято в деревнях, была покрыта платком, а на платье повязан передник. Муж ее был мужик, как все мужики. Любил выпить, посмолить сигарку и поговорить с приятелями на лавке у дома. Обычная деревенская семья. Была у дяди Миши инвалидность – одна нога короче другой. Так и получалось, что он ступал одной ногой на цыпочках, а другой привычным шагом. Потому, вся его обувь была стоптана на один носок. И улица, не со зла, прозвала его – Мишка хромой.
Так вот, в то лето я приехала к бабушке спустя пару лет. Проснувшись после первой ночи в доме, первым делом я пошла проведать двор, что изменилось, какая домашняя скотина в хозяйстве. В общем любопытствовала. После недолгой инспекции, налив себе в кружку чай с мятой, я вышла за ворота, посидеть на лавке. Наш дом находился немного на пригорке, потому было удобно глазеть на соседние дворы и редко проходящих прохожих. Было раннее утро. Местный магазин еще закрыт и потому, видно, все хлопотали по домам.
Я сидела с кружкой чая, пригреваясь на солнце, и вспоминала, как мы маленькие играли в песочнице, от которой теперь осталось только одно название. Она сильно заросла травой, а песок из нее с годами размыло по пригорку. Поют петухи, по улице изредка раздаются звуки работы от соседних домов. Слышу вдалеке рычит мотор. Пазик, так все называют небольшой полуторный автобус, притормозил напротив нашего дома у остановки. Никто из него не вышел, так же как никто и не зашел. В салоне автомобиля людей было не много. Но в последнем окне я заметила того самого дядю Мишу, которого столько лет не видела! «Интересно и куда он в такую рань собрался?» – подумала я. – Да что ты, не узнаешь меня? Конечно, повзрослела!» Мы долго смотрели друг на друга. И вот, автобус тронулся, и дядя Миша отвернулся от окна. Не придав нашей встрече особого значения, я продолжила разглядывать дома, по которым соскучилась за столько времени, и вкушать запах мяты из свежезаваренного чая. Стукнул затвор калитки наших ворот и в пролете появилась моя бабушка.
– Ты чаво, здесь? А я тебя по двору ищу. – всплеснув руками, возбуждённо сказала она.
– Да, решила на солнышке посидеть, погреться. – улыбнулась я ей. – Знаешь, я дядю Мишу в автобусе видела, куда это он в такую рань поехал?
При этих словах, на лице моей бабушки отразилось явное недоумение, граничащее с непонятным для меня испугом.
– Какого дядю Мишу? – насторожённо переспросила бабушка. – Как какого?! Хромого Мишку! – не понимала я, почему бабушка спрашивает.
Лицо ее застыло в удивлении. И она перекрестилась.
– Святы Боже!... так он же умер год обратно.