В Волгограде, на перроне, нас снова построили и пересчитали. Командир оглядел нас и с небольшой ухмылкой на лице, серьезно спросил. – Кто замерз? Ему ответили сразу несколько голосов. – Кто замерз выйти из строя. – Приказал он. Неумело протискиваясь между шеренгами, из строя выбралось несколько человек. – Замерзли бойцы? – Спросил он. Те утвердительно закивали. – Тогда, вокруг строя бегом марш! Рявкнул командир. Замерзшие опешили. На их лицах отчетливо выступило возмущение и разочарование. – Это, что такое? – Думал каждый из них. – Мы не бегать выходили, а зайти в зал ожидания и там греться . Почему он нас так обманул? Поскольку с первого раза они не побежали, командир, командирскими словами их поторопил. После пяти кругов вокруг строя, он остановил их и поставил в строй. Снова оглядел и с издевкой, спросил. – Еще замерзшие, есть? Ответом ему была тишина. Всем стало ясно, что жаловаться этому человеку бесполезно, будет только хуже.
На ж\д вокзале, мы ждали машину из части, но нам ее естественно никто не дал и поэтому мы пошли пешком. Прогулка по городу слегка взбодрила, разогнала кровь по жилам, ушла головная боль и настроение улучшилось. В Красные казармы я заходил, с интересом разглядывая находившиеся там строения. Уже внутри у меня произошел конфликт с сопровождающим нас сержантом. Я с удивлением узнал, что в туалет можно ходить только с разрешения этого самого сержанта. И если он не разрешает, то нужно смериться и терпеть. Я возразил, сказал, что буду ходить в туалет самостоятельно и в его разрешениях не нуждаюсь. Он схватил меня за куртку на груди и начал трепать. Приговаривая что то типа ты никто и звать тебя никак, и будешь делать то, что тебе говорят. И когда, я уже хотел сделать ему бросок, через плече или через бедро, его одернул командир. Он меня отпустил, но всю оставшуюся дорогу смотрел не хорошо.
Когда командир ушел, сержанты снова замутили бизнес. Они объявили, что не все попадут в ВДВ, а только избранные. И что бы стать избранным, необходимо сделать ценный взнос в общую кассу. Чем больше взнос тем больше шансов. Фамилию избранного заносили в специальную тетрадь. К ним сразу же потянулись идиоты желающие стать избранными. К слову сказать, я тоже бы пошел к ним записываться, но к тому времени у меня уже не осталось денег. Сейчас конечно понятно, что это было просто, чистой воды, мошенничество. Но, тогда, призывники, этого еще не знали и охотно понесли, этим прохиндеям, последние деньги.
Когда командир вернулся, нас завели в Ленинскую комнату. Покормить. Первый раз за день. Раздали каждому по банке консервированной, перловой каши. И тут выяснилось интересное. Ножей ни у кого не было. Все ножи позабирали при досмотрах. Но есть при этом хотелось сильно. Те, у кого еще оставались продукты, начали есть их. А я, и такие же как я, не запасливые. Принялись открывать банки подручными способами. Я залез под стол и открыл банку торчащим из крышки стола болтом. Кто то лупил банку об угол стола, кто то об батарею, а один, знающий, каким-то хитрым способом, сломал банку пополам. Короче говоря, ужин походил, на смесь комедии, драмы и порнографии. Второй раз солдатская еда, показалась не такой вкусной как в первый.
После ужина, если его можно так назвать. Мы снова потопали на ж\д вокзал. За полночь сели в поезд и поехали дальше, в свою часть.
На ж/д вокзале города Камышина нас встретила такая же группа призывников из Краснодарского края и вместе мы пошли, естественно пешком, в свою часть.
По приходу, нас прямиком отправили в столовую, на завтрак. Посадили в уголок. Подальше от остальных солдат. И под крики «Вешайтесь духи» и возгласы «О новое мясо», мы принялись есть. Внезапно, обычный гул в столовой, перерос до каких–то невероятных криков. Вспыхнула драка. Дикая драка. Еще на гражданке, в своей родной станице, я периодически участвовал в драках «стенка на стенку». Но наши стенки были от силы десять – пятнадцать человек. И было не писаное правило, не использовать ни каких подручных средств и лежачих не бить. А здесь, летали стулья, столы, кастрюли. Половники использовались как палицы. Билось по пятьдесят человек с каждой стороны. Как я понял из рассказов потом. Схлестнулось две роты и их поддержали сочувствующие с обеих сторон. В чем причина драки выяснить не удалось, толи кто то кого то толкнул, толи кто то, что то сказал. Меня, да и остальных призывников это повергло в шок. Единственный вопрос, который вертелся у нас на языке. – Охренеть. Куда мы попали? Когда мы спросили у сержанта часто ли такое происходит. Он ответил. - Часто. – И добавил. – А что ты хотел? Это не пехота это ВДВ. НАЧАЛО