Утром, в ровно в шесть, нас подняли и выгнали на зарядку. На плацу заряжалось около пяти сотен человек. Поэтому бежать по периметру плаца не получилось, люди не вмещались и наши заряжатели, ограничились махами рук и ног. Чуть позже нас построили на завтрак. Первый раз попробовал армейскую еду. Нужно сказать, что от еды в колхозной столовой особо не отличалась. Я к такой еде привык и особого дискомфорта она мне не доставила. А вот городские пацаны, вертели носом налево и направо и кроме хлеба и чая ничего есть, не захотели. За то детдомовские съели все и умудрились позавтракать еще и во второй заход. Когда мы вышли из столовой по громкоговорителю вызвали номер нашей команды, мы собрали вещи и пошли на плац. Там, выяснилось, что на плац пришли не все из нашей команды. Некоторые, альтернативно одаренные, номер нашей команды забыли. Их вызывали по фамильно через громкоговоритель, а когда они пришли, в качестве наказания им поручили нести, выданный нам сухпаек. На автобусе нас отвезли на ж/д вокзал и постоянно пересчитывая, посадили в поезд. И там, в вагоне, под стук колес рассказал мне один парнишка интересную историю о том, как он попал в армию. Все началось с того, что наш покупатель, офицер-десантник, еще на перроне выкрикнул его фамилию и сказал ему, что за ним попросили присмотреть индивидуально. А в вагоне мы с ним оказались рядом, в одном отделении плацкартного вагона. Там я у него поинтересовался причиной пристального внимания, и он начал рассказ.
- Захотелось мне как то братан с негритянкой замутить ну или там с мулаткой. Их много тут по Ростову тусуется.
- А что именно с негритянкой? – Вклинился в рассказ я.
- Ну наши то у меня были, а не наших нет. Вот думаю, замучу, попробую, что там оно, как. Сильно от наших отличается? Нет? Ну вот, нашел. Капризная оказалась, и в кино водил, и на прогулочных катерах катал, в кабаках кормил поил. Все никак. Цацки ей там разные покупал. Женится, обещал. Ну и таки добился, получилось.
- Ну и как? - С интересом спросил я.
- Да ни как братан. Бревно бревном. Наши девки в сто раз лучше. А эту только что в темноте не видно. Ну короче, на этом наши с ней отношения и закончились. Я своего добился, думаю теперь надо с китаяночкой какой мутить.
- Ну, ты даешь! – Изумился я, - А после китаяночки с кем бы мутил?
- Да хрен ее знает, придумал бы, что ни будь. Мало их что ли? Ну так вот. Бросил я ее и забыл, а она прикинь, не забыла. Ловила меня, засады устраивала. До того достала, что я на нее наорал и все ей высказал. Что просто с ней интересно было не более. А женится и не собирался вовсе. Так она обиделась. Рассказала все своим братьям, неграм и они меня толпой отбуцкали. Менты тогда меня у них отбили. У меня, тогда, вся морда синяя была. Ну я огорчился, собрал пацанов и устроил матч реванш. Пришли мы к ним в общагу и провели вразумительную беседу с пристрастием. А поскольку моих пацанов было много, то негров на всех не хватило. И поэтому там, в общаге досталось всем. И индийцам и арабам, да и просто кто мимо проходил, тоже выхватили. А дальше братан такой кипишь, поднялся! С посольств ихних, с консульств, наши подпряглись. Ты че? Это ж международный скандал, пацаны бабу не поделили. Ну и в итоге двоих наших посадили, которые арабов сильно покоцали. А меня батя отмазал и в армию отправил. Там в полку, куда мы едем, его кореш служит. Вот про меня отдельно нашему старлею и сказали. А ты? - Спросил он меня – с иностранками мутил?
- Да учились у нас в технаре хохлушки, заочницы. – Ответил я. - Вот с одной, на день виноградной лозы и замутил, по синьке. Только у нас с ней без обязательств, все было, поэтому ее братья хохлы меня не искали.
Он улыбнулся, но ничего не ответил.
Потом мы допили его лимонад и легли спать. А утром нас встретила Родина мать с мечем. И город Волгоград. ПРОДОЛЖЕНИЕ… НАЧАЛО.