Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
vladimir teriohin

104.

Разве не странно, что растет количество кратких текстов, а длинные «умирают»? Об этом напоминают сетевые фрэнды, предупреждая: «ни пишите длинных текстов, их никто не читает (не дочитывает). Это правда, количество коротких постиков растет сильно. Хотя, с другой стороны, юмор и «фразы дня» тоже не вызывают энтузиазма у юзеров. Вместе с тем, появилось несколько сетей с короткими информационными постами, и видео роликами. Однако, способ формулирования мысли и ее оформления, выражения имеет свои закономерности. Есть, наконец, традиция. Рассказ, эссе, повесть, роман, эпопея, цикл романов. Теперь это никому кроме специалистов и фанатов не нужно? Дети отказываются читать напрочь. У меня один ученик просто рогами уперся, и не собирается читать повесть (Горького), даже не смотря на задолженности и угрозу не аттестации в триместре. Читатель умирает, а следом и мысль, вместо того чтобы становиться афористичной и краткой, тоже умирает и превращается в банальность. И навык мыслить и формулировать м

Разве не странно, что растет количество кратких текстов, а длинные «умирают»?

Об этом напоминают сетевые фрэнды, предупреждая: «ни пишите длинных текстов, их никто не читает (не дочитывает).

Это правда, количество коротких постиков растет сильно.

Хотя, с другой стороны, юмор и «фразы дня» тоже не вызывают энтузиазма у юзеров.

Вместе с тем, появилось несколько сетей с короткими информационными постами, и видео роликами.

Однако, способ формулирования мысли и ее оформления, выражения имеет свои закономерности. Есть, наконец, традиция. Рассказ, эссе, повесть, роман, эпопея, цикл романов. Теперь это никому кроме специалистов и фанатов не нужно?

Дети отказываются читать напрочь. У меня один ученик просто рогами уперся, и не собирается читать повесть (Горького), даже не смотря на задолженности и угрозу не аттестации в триместре.

Читатель умирает, а следом и мысль, вместо того чтобы становиться афористичной и краткой, тоже умирает и превращается в банальность. И навык мыслить и формулировать мысль утрачивается за не востребованностью.

Сначала стали читать реже толстые книжки. Потом тонкие. При том, что шрифт стал крупнее, а бумага толще, и с картинками. Теперь перестали читать журналы и газеты. Если в метро еще продолжают тупить в смартфоны, то это не про чтение, а про смотрение, и коротких видео.

Есть и «переход» больших романов в сериальные саги. Сериалы в пять и больше сезонов не редкость, а событий там столько, что хватило бы на серию романов. Но они также для избранных и почитателей. Остальные смотрят между делом, или запоем в свободные выходные.

Всякие стихотворные конкурсы, батлы и соревнования погоды не делают, поскольку там в своем большинстве любители и дилетанты, а не эталонные поэты. Хотя делают свое небольшое дело, отсеивая абсолютных графоманов. В этих «встречах» соревновательности больше, чем поэзии.

Вряд ли писатель умирающая профессия. Естественно, брать количество всех писателей за аксиому, и оценки премиальных сообществ за ориентир, наивно. Тем более, что сетевые сайты писателей превращаются больше не в способ знакомства с творчеством, а в свальные братские могилы недописателей. 

Есть два вывода.

Первый – факт сокращения количества читателей и мыслящих писателей, пишущих философски глубокие и обширные тексты.

Второй – увеличение количества кратких текстов и дрейф их в сетевые дебри интернета, дальше от бумаги. 

Есть такая великолепная формула: в жизни достаточно прочитать с десяток книжек. Только чтобы понять каких, нужно перечитать несколько тысяч.

И есть еще одна мудрая и верная мысль о том, что стихи – самый лаконичный способ сохранить максимум информации.