Эту свою историю рассказал мне мой отец, и она публикуется с его согласия и от первого лица.
БУДУ РАДА ЛАЙКАМ И КОММЕНТАРИЯМ.
— Думаю, что у человека имеется некая ментальная сущность, которая знает о возможной предстоящей гибели.
Нужно только быть чутким и тогда «предупреждение» станет явным и понятным.
Но ближе к делу:
До армии и после, я часто ходил в горы Киргизии.
Долетали до аэропорта Ош Киргизия, а до Хайдаркана мы доезжали уже на автобусах, а дальше начиналось «восхождение».
Восхождение в кавычках, потому, как страховками мы не пользовались, по скалам не лазали, а просто шли вдоль горной реки, и расстояния по данной пересечённой местности измерялось не километрами, а мостами.
По сути наши поездки представляли собой, подобие пикников, но только с большой затратой как физических, так и финансовых средств.
Возле пятого моста, была небольшая пещера — метров на тридцать в глубину, в которой ночевать мы планировали пять ночей.
Днём планировали лазать по склонам, загорать, купаться в горной, ледяной реке.
Но ночевали только одну ночь, после призрака — двойника виденного мною в пещере.
Первую ночь, мы жгли костёр в пещере и, расположившись возле него, уснули.
Костёр, через какое-то время погас, и стал дымить.
И вдруг, я проснулся от того, что почувствовал, чей-то пронзительный взгляд на себе.
Страха не было, но стало очень жутко.
Делая вид, что продолжаю спать, я как будто во время сна с кряхтением перевернулся на спину и приоткрыл глаза.
И в силуэтах дыма, я увидел себя, но только не в телесной оболочке, а в виде — своей души — так я это видение на тот момент понял и осознал.
Мой призрак проявлялся на фоне дыма от угасшего костра и махал в мою сторону руками таким образом, как будто он хочет выгнать меня из пещеры.
Я подумал, что мы угорели от дыма и, разбудив остальных пятерых человек — показал им на призрак.
Но они ничего не увидели и решив, что дым дул на меня и я его наглотался, затушив костёр продолжили спать.
Я перетащил свой спальник ближе ко входу в пещеру, но уснуть так и не смог.
Мне всё время казалось, что валун, нависший над входом в пещеру, свалится мне на голову.
Несколько раз за ночь я выходил наружу, но долго находится возле пещеры, не мог.
Если кто-то бывал в горах ночью, то возможно тоже чувствовал, то вселенское одиночество, ту свою ничтожную малость и осознание давящей грандиозности этого мира.
Тьма была настолько полная, что моё тело не было видно.
Казалось, что ты уже бестелесен.
В общем, ощущение себя, сжатого до размера молекулы пред грандиозностью вселенной, состояние дикого одиночества и полной своей неприкаянности — постоянно гнало меня обратно в пещеру.
А ещё звёзды очень яркие и близкие, но совершенно ничего не освящающие, создавали впечатление, что находишься не на земле, а в открытом космосе.
До рассвета, я метался из пещеры наружу и обратно.
Жутко было везде.
Когда тьма стала прореживаться, я уснул на склоне у входа в пещеру.
Разбудило меня блеяние овец.
Метров на пятьдесят ниже, по тропе пастух гнал отару на пастбище.
Я поздоровался на местном языке, поскольку уже выучил несколько приветствий.
Пастух плохо разговаривал на Русском языке, но всё равно я понял многое из того, что он сказал.
Он предупредил, что в пещере нельзя ночевать, поскольку там живёт дух погибшего и не найденного под обвалом альпиниста.
Этот дух, над кем-то шутит, кого-то предупреждает, а кого то и вовсе с ума сводит.
И сошедший с ума, бегает ночью по горам и бывает, срывается в пропасть.
Я обо всех ночных бдениях и разговоре с пастухом, поведал всей группе.
Не скажу, что бы они отнеслись к моим словам с недоверием, но и подхихикивали не очень ехидно.
В общем, день прошел, а три девушки, бывшие с нами, отказались наотрез ночевать в пещере.
Двое моих товарищей на меня обозлились, поскольку им предстояло найти пологое место под палатки и установить их, а после перенести туда все вещи.
Место нашли совсем рядом с горной рекою.
Днём после загорания, мы с визгом мылись и стирались в ледяной реке. Потом грелись у костра. Вечер тоже прошел нормально, мы плотно поужинали, и разбрелись по своим палаткам. Но неудачность нового места была нами осознана, только когда вечерняя сырость от горной реки стала к нам подкрадываться.
Моя девушка, уже нагрела мне место, и поскольку я не спал предыдущую ночь, то быстро уснул.
Ближе к рассвету, когда тьма становится самой непроглядной, я захотел в туалет и вышел из палатки. Вторая ночь снаружи уже не казалась такой жуткой. Хотя дрожь внутренняя всё-таки пробивала.
По памяти, подошел ближе к реке, сделал своё дело (не в реку конечно же), и моя руки, вдруг за спиною боковым зрением увидел непонятно откуда взявшееся бледно-зелёное сияние. Повернувшись, я увидел, что сияние исходит из моей палатки.
Первая мысль была, что моя девушка зажгла фонарь, но потом я понял, что фонарь имеет совершенно другой спектр свечения.
Я стал крадучись подходить к палатке, и медленно откинув боковой полог, увидел на своём месте самого себя спящего в мерцающем свете.
Я громко заорал, призрак метнулся к выходу из палатки.
Я машинально отшатнулся в сторону, свалился и, покатившись, больно и сильно ударился головой.
Я увидел ещё более непроглядную и бесконечную тьму, чем видел ночью.
В сознание я пришел на рассвете от похлопывания по лицу.
Моим рассказам никто не поверил.
Все решили, что мне это все прибредилось после того, как я поскользнулся на тропинке и ударился головой.
Травма моя была не очень сильная, но с сотрясением мозга в горах делать нечего.
Мы собрались и к вечеру были уже в Фергане, откуда планировали вылет.
Когда я уже находился дома, ко мне в гости приехал знакомый.
С ним я так же ранее ходил в подобные походы и рассказал, что на следующий день после нашего спуска, в горах произошло землетрясение, завалило ту самую пещеру и в ней группу туристов остановившихся на ночёвку.
Так же завалило валунами и подход к пещере и то место где мы ночевали вторую ночь.
Там сейчас идут спасательные работы, но наверное спасать уже некого.
Я так и не понял, кто же меня предупредил?
Мой ли Ангел—Хранитель или дух альпиниста, живущий в пещере.
