Вечером чин по чину веду ее гулять. Она, конечно, причитает что-то там про погоду, собачий холод и прочие отговорки. Но я ─ кремень, плюс, в моих лапах железный аргумент: не выйдем погулять, нассу, как пить дать, нассу. А у нее в комнатах ламинат. Вот вздуется, будет тогда знать.
Короче, выходим. Я жадно втягиваю ноздрями свежий вечерний воздух: запах свежей земли, только что проехавшей машины, какой-то шмакодявки (думаю, с кудрявой шерстью), запах только что проклюнувшихся листьев мускарей...
А это что за вонь?! Не могу удержаться, грудь сама выпячивается, попа начинает жить своей жизнью и то и дело норовит обогнать мой торс то слева, то справа. Меня просто ломает от негодования. Я чувствую запах крупного взрослого кобеля!
Если бы не эта шлейка и рулетка, я бы в секунду вычислил, где это ссыкло затаилось, и навалял бы ему. Но хозяйка моя встала, как вкопанная, держит меня и не пускает. Я лаю, рычу и прыгаю на рулетке, как взбесившийся полусдувшийся воздушный шарик, который то и дело прибивает к земле, но он отскакивает, едва коснувшись. Мне уже плохо, глаза мои от негодования налились кровью. Мне даже представить страшно, что это «нечто» сейчас придет и зассет мой кустик. Мой, именно мой кустик. А сам я уже почти не хочу.
Конечно, не подумал, надо было больше пить, но кто же знал…
В общем вываливается из-за угла это детё Жучки: ни рожи, ни кожи. Ну, я к нему, мол: «Закурить не найдется?» А сам так зиркаю на него, типа: «Ну, вот ты и попался». И тут совсем неожиданно он почему-то разозлился и грубо мне так отвечает. Без слов. Я просто по глазам догадался, и нос у него так сморщился немного. Кажется, у него еще правый клык немного короче левого,… но это неточно. Я мельком заметил.
Я обалдел от такой грубости. Его и пальцем никто еще не тронул, а он уже конфликт затевает. Понятно, что дело в воспитании, скорее всего, плюс, тяжелое детство, то, сё… Так мне жалко его стало, не могу. Ну его, думаю, с такими неуравновешенными нет смысла общаться, мало ли чего от них ожидать.
Отошел просто на несколько шагов назад и соображаю, вот какого лешего у хозяйки ноги такие тонкие, как ни встану, а меня все равно видно.