Встретила приятельницу. Татьяна в отпуске по уходу за вторым ребенком. Жалуется: свекровь подарки маленькой внучке приносит дешевые, на угощении тоже экономит.
Нет, чтобы пару йогуртов купить, так она больше одного и не принесет, - говорит с недовольным лицом приятельница.
Может у нее с финансами проблемы? - вставляю я. Свекровь приятельницы я помню, приятная на вид женщина.
Ну на пенсии она, конечно. Так ведь и внучка у нее единственная, чай не разорится. Зато уж советов выдаст не меряно. А мне они нужны? У меня не первый ребенок, сама знаю. Лучше бы финансово помогала.
Я молчу, отчасти сочувствуя Татьяниной свекрови. Все же денежная помощь – дело добровольная. Да и не обязаны родственники, если честно, тащить взрослых детей.
Прихожу домой, а там – счастье такое – моя свекровь хозяйничает. Внука кормит.
Я вот в магазин сходила. Сырничков уже сделала, а то смотрю у вас, кроме супа, и покушать нечего. А ведь внучек суп не любит, я-то знаю, - выдает свекровушка.
Чувствую, что начинаю закипать. Спасибо вам, конечно, уважаемая, но ничего не случится с ребенком, если он суп поест. Нормальная еда. А то, что приготовить второе не успела, так простите. Утром я чуть свет убегаю, вчера на работе задержали, и дома до полуночи еще пришлось отчет доделывать. Так что не нашлось минутки приготовить.
Свекровь слушает, поджав губы. Вздыхает.
Ой, ведь да. А мы-то раньше на заводе по три смены работали, тоже тяжко было. Приду домой - ноги не держат, хоть вой, но соберусь и полы помою, и приготовлю, и постираю. Хозяйка как-никак.
Не стала я ей говорить, что не готова к таким диким подвигам. Да и не уверена, что они вообще нужны. Ушла от греха подальше в другую комнату.
Потом уже, после ее ухода, я пожалела, что завелась. Ну, надо ей позарез показать свою значимость, вот и едет с другого конца города под снегом сырники лепить для непутевой снохи. Ну и ладно. Чего нервничать то, тебе ж работы меньше. Вообще пусть бесплатным поваром тут будет. Ешь, хвали и радуйся.
Только вот не получается что-то.
Р.S. И ведь не со зла они, свекрови, советы свои дают да с непрошенной помощью лезут. Вот не со зла. И понимаем мы их внутри, и благодарим молча. Но как же тяжело все же принимать их.