Это в нас, или ещё где мало крови...?
Буквы, цифры, звуки волн и ноты каждой просто для полноты
Вне времён, счетов, пространств
Поглощая отчаянно труды
Преследуют по протечкам-нас
Что тропы их и маршрутные пруды
В нас ищут и находят гармоний уймы
Но они рифмы..- за то чаяний дисгармонии
Вдохновенно которые пусты.. иного нет - только то и смотри
Находят нас.. обрамляют в мысли-себя-их
Взаимно и намеренно
Согласием воли, и силой вопреки
Так случайно мы - вместе чудеса и бриллианты их
Драгоценные угли – как нас зажгут мы не греем а горим
Фонтаны амброзии и крови
Мы от Вины..- насладно и в горечи прокисшего кисло-сладкого вина потоки
Фальши удовлетворения отроды
Вот так - не мы, а мечты наши голодны
Паразиты, и только когда не мы-они-сами
Корми и не корми
Они с ничего достанут
Придут с пустоты которую от них с себя сделаешь сам(а) ты
* *
С песен вечностей и скитаний..
Там откуда вернулся я....
Не-до-тленный Феникс
Вывернуто..- Из Черна и того черно-угле-огня
Иду туда же.. и вне цикла
Где отродясь нет ничего
И благо что..
Благо без начала и конца....
Так всё же там и не было добра
Туда куда-то
Туда откуда
Тень моя наперёд меня сперва вышла
А потом вошла....
Там чёрный не цвет, а цветы прозрачны-
Афотичны, первобытны
Удачно горячо (и) иронично...
Безмятежны узы того луга
Это там - откуда и что есть Я
Злом сияю безо света лучика-
Навсегда, и до мнимого конца..
Всей крови гниль там воспарила
Не-светом как от солнца изо- и во- мрак поникшего не-дня -
Вплавь в атмосферы и проникла....
И это делая всегда
Сотворяю навсегда
Питая и травя всех и каждого из лучей - их целые луга
Давно – ещё до первого всего-целого сна
Под беззвёздным Мраком ночи – под гнётом древнего небесного дна
Самостоятельно по себе Она мерцает
Завлекая проникает....
Гневно благовоно нежно безмятежно заразой отродясь блещу
Контужено тихо, без памяти
Проклято - затем что пришла награда и моя..
Что всем (и) видно - так видно одного меня
На свету вашего смертного дня
В восторге от заката
Но..
Как только ночь его обнимет
С ресниц заснувшего
Когтями
В забвение похитит....
Так и ты, и в тебе что каждый уважает
И да как угодно - кусочка того зная
Мимо мнимо
Вне сомненно восхищает
Обрамляет, ненавидя обожает -
Душа в теплотах кошмаров в иллюзию воспаряет
(можно с последней до первой строки с последней прочесть также)
* *
Чёрные чудеса теневого вместилища хроник Немелис
"Порождённые то жгучие мечты
Тенями заплыли
И горят долины их огнями
Пропитанные чернотой стёршихся небес
Сметённых живыми мечтами
То ото всюду крадущиеся сны
У них своя жизнь - ей они и дышали
Как кишит их мудрость - множить нас продолжает
А в нас - саму жизнь"
Тот "Холод небесных бездн, щерящихся чернотой позади далёких звёзд" воспринят кожей самой, самим тем нутром - именно он то и переделал его генетический состав, сдув все и любые сути и вещества бытия существа его бывшего. Тогда уже он был полон всем чем только возможно.. это пресловуто-странная видимость абсолюта… Иногда даже казалось он скапливает веру подобно тому как поля собирают на себе росу - объятый напряжением нещадно, плотно, как если его душа и тело были тем же туманном.. ему так без разницы - с туманом и слился - мягко как если каждая капля была бы пером которому предстоит сгореть (если оно только верно - угле-гидротично) в огнях не-цвета чёрного пламени - волны того ветра который он выследил как то раз.
Ни в чём ином его игра, его жизнь и его мечта... Любовь и радость удовлетворения без контрольного замысла, прекрасного, не постижимого и необъятного – делают его отъявленней, отчаяннее просто на и за силу. И конечно он был отвращён каждым существом - даже коему о нём не было и в помине известно.. догадка хоть да каким там краем - да есть всегда.
Представить только до чего могло ему быть, ну скажем одиноко, но одиночество он ощущал только когда его касались хоть малейшим уголком разума или простым воспоминанием, зрением или Бог невесь теперь только чем, и каким образом, но это и являеться ему вниманием, а яд безумия лекарством.. Одиночеством на равне с ужасом, стенанием - так он ещё раз подтвердил неотвратимость проклятия как целостного явления, и конешно же на самом себе, со всей последующей бесконечной адаптацией.
Именно живое касание - абсолютно любое ему то и нужно чтобы держать положенное состояние агонии. Ему открыта потусторонняя необъятная радуга боли продолжения неотвратимых поисков...Для возобновления всегда хватает малейшого сомнения, малейшего любопытства, безразличия - и его чувства опять кидает в Ад заживо (Только то Ад - как есть единственно вне цикла). Как и было сказано малейшего касания хотя бы одного фибра бытия достаточно, чтобы он ощутил себя живым в момент - но всё что он продолжал ощущать это боль накрепко цепляющую его с моновения воли или дыхания - такова модель его сознания, воплощения которой продолжаются с самых канувших архаичных анафемных просторов. Желание от туда творить собственную судьбу его одолело, и сама дерзость желания – его победа - и победы только в продолжение ради.
Вечность продолжения - победа вне проигрыша, а цена того – одно только не прерывное её свершение.. вне цикла и осознания, которое начинало с ним играть острее ударов молний в момент проявления себя.
"Тени белоснежны -
Как жизнь сама смерть озаряет
Так границам нет конца
Глубина - ясный черных оттенков мир
Зрачков злая мудрая игра
Душа в них - начало тебя
Все её неземные цвета....
Бездна оттенков-озеро без дна
Нескончаема, бурна
Сердцу стало темно
Кромешно разум в забытие блуждает
Скорее ночь заберёт
Чем на свету хоть чуточку сыграет..
Пленительна нескончаемость твоя
Если ты так и страдания мои украшаешь
Я по блеску глаз твоих на себе тебя узнаю"
"Он побрал за-звёздный гимн, и изгнан за то - изгнан для того же"
* *
Она.. война.. любовь.. младенец, игривое дитя
Тухнет свет разума
Мрачится его жизнь..
Искра всегда остается так и только
Как только стала удушлива среда
И как не безжизненна она
В одиночестве одна
Её преследуют и ловят помня секреты и имена её воплощений - её секреты от самих себя. Одни племена войн так провожая сменяют иные, мечтая оказаться там куда они отправляют тех предшествующих. Никто не знает кто из них кто, кем кому и чему они приходятся. То бездна бытия где все канувшие продолжают извечный блудливый поиск острейших - за смертью и жизнью - вершин бытия. Мечта, где древнейшие проклятия, глубочайшие стенания и величайшая боль постоянны, где они это заветная, отъявленная мечта - гнуснейшая со всех.
Война приходится живому источником любви,и зато слава ей и извечна - хранит вечно не рождающегося вне помина себя ребёнка, плода и дитя. Всегда не достаточно мира чтобы накормить искру, никогда и ни разу не выиграешь войны за нее - победа становится уделом заблуждения (в войне что не за себя), и снова остается одно знакомое каждому ничто. Миг, когда готов снова вложить всего себя, иссушив эссенцию существа - всю кровь до последней капли....
Ну или Вам уже понятно как горит и чем кормитса этот ужасный свет безумия искры - то как он сжирает каждого и всех, со всем живым и мертвым вместе..- маня искусными вербальными, ката-космическими языками его тепла, его прохладными искусно шипящими лучами мудрости всего зло-сущего сна....
Теми узорами бушующих плазм кровей, будоражущими всё мертвое внутри, и намертво охватывающими в клешни все живое пишется история о Хаосе рожденным в любви - на его стороне она, растерзанная осколками бывшего, истекает ручьями крови настоящего, на вечность обретающих форму сосудистой и артериальной Её системы
