Сегодня я поехала в Алушту. Решила посмотреть, что это за город. В Крыму я поселилась в Симферополе. Об этом уже я писала. Была еще в Ялте. И вот теперь решила посмотреть Алушту.
В Алуште я зашла в одно кафе. Примечательно то, что в это время в Алуште почти все кафе закрыты на набережной.
Но в гуляя на Профессорском уголке я увидела одно кафе. На улице было прохладно. И я озябла немного. Поэтому приняла решение, зайти в кафе и согреться.
Ко мне подошла девушка и посадила меня за свободный столик. Хотя они все были свободные. Не было не кого. Я была одна тут.
Я заказала себе кофе.
Девушка хмыкнув ушла. Я так понимаю, что ей не понравилось с самого начала то, что я не заказала у нее обед. А только кофе. Значит чаевых не будет. Подумала она.
Вот и ушла не довольная.
Кофе я ждала около 30 минут.
Пока ждала кофе, я уже согрелась. Посидев еще около минут двадцати с кофем я попросила счет. И оплату через терминал.
И вот тут-то началось.
Девушка видимо этого не знала и не ждала.
Когда она мне протягивает терминал для оплаты картой, то я протягиваю телефон чтобы оплатить. И в ответ слышу от нее.
Девушка, мы ворованные телефоны не принимаем. Оплатите за кофе.
Я в недоумении, что происходит.
Потом до меня быстро доходит. Что девушка официант , просто не в курсе о такой оплате. Вот поэтому и подумала, что я хочу расплатится ворованным телефоном.
Я пытаюсь ей это объяснить. Но она и слушать не хочет. А только одно твердит.
Ты чего глухая? Я тебе по русски говорю. Я ворованные телефоны не принимаю. Давай сто рублей и иди отсюда воровка.
Это уже она мне начинает хамить.
Так я в Крыму впервые столкнулась с хамством. Такого наглого на меня давления я еще не видела.
Из милой девушки официанта, она превратилась в нечто...
Которое готово было меня сожрать.
Я не стала звать администратора. Скорее всего его тут и нет. Кафе маленькое. В виде ларька. Теперь я понимаю почему тут нет ни кого.
Я многое слышала про хамство в Крыму. Но думала всегда, что меня это не коснется. Однако и меня стороной не обошло оно...
А жаль. Я была другого мнения о крымчанах. Хотя по одному человеку судить всех нельзя. Но осадок остался.