Ермолов положил в основу усмирения Чечни крутые методы. По его приказу, если чеченская семья отказывалась выдать какого-то своего члена, совершившего даже не только нападение на русских солдат, но и воровство в русских и казачьих поселениях, то вся семья подлежала аресту.
Если жители аула укрывали такую семью или позволяли ей бежать, то обязаны были выдать её родственников. Если и родственники скрывались, то аул подлежал уничтожению. Причём пленных мужчин было велено не брать.
Генерал вызвал к себе старейшин считавшихся мирными чеченских сёл, подозревая их в потворстве вооружённым бандам, и пригрозил, что сожжёт все их дома, а население изгонит в горы, где их истребят голод и болезни. «Лучше от Терека до Сунжи оставлю выжженную пустыню, чем потерплю в тылу русских войск убийства и грабежи», – якобы сказал он им.
Ермолов, чтобы слова с делом не расходились, проводил примерные акции устрашения. В 1819 году он приказал уничтожить аул Дады-юрт, дававший убежище участникам, как в наше время говорится, «незаконных вооружённых формирований».
Жителям аула был предъявлен ультиматум о добровольном выселении, но те его отвергли. После жесточайшего боя, в котором погибла четверть русских войск, принимавших в нём участие, аул был стёрт с лица земли вместе с большей частью населения.
Историки по-разному оценивают результаты деятельности Ермолова. Одни считают, что его методы вели к успешному покорению Кавказа, и только снятие Ермолова с должности в 1826 году растянуло этот процесс ещё на четыре десятилетия. Другие утверждают, что именно жестокость Ермолова спровоцировала последующий всплеск фанатизма горцев, религиозное движение мюридизма и явление Шамиля.