Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Ретроспектива. Часть 1.

За один год сменить место жительства и родить ребенка, а для мужа плюсом ко всему поменять место работы - наверное, самое страшное, что могло произойти. При этом я не считаю, что Анька - это проблема для меня (или нас), она маленький серьезный человечек, умеющий улыбаться так, что мне сразу становится легче. Думаю, проблемой здесь стала скорее я.
Сейчас я не работаю. Даже уже не стою на учете в центре занятости. И это неприятное ощущение, что я что-то должна, не успела, не сделала...
Кто-то скажет, что сидеть с ребенком - это тоже работа. К сожалению, наше государство так не считает.
Переезд начался задолго до того, как мы упаковали в переноски наших четверых котов и сели в поезд.
Сначала Макс уехал в Челябинск после своего увольнения, обустраивать квартиру (ну, и к маме на день рождения). Я осталась в Ноябрьске, дорабатывать еще половину месяца.
Большая часть родственников уговаривала не увольняться. Но я тогда была еще на третьем-четвертом месяце беременности. Мне не хотелось остават
Картинка честно уворована с Яндекса
Картинка честно уворована с Яндекса

За один год сменить место жительства и родить ребенка, а для мужа плюсом ко всему поменять место работы - наверное, самое страшное, что могло произойти. При этом я не считаю, что Анька - это проблема для меня (или нас), она маленький серьезный человечек, умеющий улыбаться так, что мне сразу становится легче. Думаю, проблемой здесь стала скорее я.
Сейчас я не работаю. Даже уже не стою на учете в центре занятости. И это неприятное ощущение, что я что-то должна, не успела, не сделала...
Кто-то скажет, что сидеть с ребенком - это тоже работа. К сожалению, наше государство так не считает.
Переезд начался задолго до того, как мы упаковали в переноски наших четверых котов и сели в поезд.
Сначала Макс уехал в Челябинск после своего увольнения, обустраивать квартиру (ну, и к маме на день рождения). Я осталась в Ноябрьске, дорабатывать еще половину месяца.
Большая часть родственников уговаривала не увольняться. Но я тогда была еще на третьем-четвертом месяце беременности. Мне не хотелось оставаться дольше необходимого.
Для меня было большим стрессом видеть некоторых людей с работы (я сама токсична в общении, но эти люди переплюнули даже меня: в заботе о моей беременности при переезде с одного кабинета в другой меня исключили из переносчиков тяжестей, зато прокомпостировали мозги знатно). Да и то, во что превращалась прямо на моих глазах наша группа, не вносило в мою жизнь никакого позитива.
Сначала ушли мою тезку, Макс ушел сам, вздохнув с облегчением. Следующим после меня ушел Димка С., над группой начальником назначили нашего бывшего коллегу, который высказался на тему своего начальствования в духе: "мне плевать, я стал и.о. только для того, чтобы повысили ставку, мне еще ипотеку платить". Конечно же, отстаивать, как отстаивал наши интересы Макс, он не собирался. Зачем? Деньги платят - и ладно.
Организм периодически начинал сбоить, спала больше 10 часов в сутки. Считайте, смены под конец моей работы стали с 9 утра до 9 вечера, без перерыва на обед (да, так кому-то из каких-то бухов было удобнее считать наши рабочие часы). Раньше те же двенадцатичасовые смены были с 8:30 до 21 и с 20:30 до 9, мы обедали полчаса, этого хватало на то, чтобы сходить за едой или спуститься вниз и погреть принесенное из дома. А тут... и не поесть, и смену не передать. За ту минуту, что передаешь утром/вечером рабочий сотовый, нужно успеть рассказать, что было за смену, на что в первую очередь обратить внимание... Да, еще и журнал передачи смен вести заставили. Я вообще про него часто забывала.
И перед самым моим уходом из организации группу перевели из удобного светлого кабинета, где мы спокойно работали, в общую "конюшню".
А, да, забыла совсем, я же еще заполнила ежегодный опрос по поводу моих дальнейших планов, того, что мне нравится и не нравится в нашей работе. Кем я себя увидела через 3 года? Домохозяйкой.
Если бы я осталась, да даже просто написала заявление и взяла полный отпуск (52 дня на минуточку, т.к. район крайнего севера), потом месяц посидела на больничном, потом ушла в декрет, как минимум месяц мне все равно пришлось бы поработать. Ведь декрет только с 30-ой недели.
Я уже в гробу видала свое оставшееся начальство и часть коллег (не свою группу, а некоторых из отдела, там историй вагон и маленькая тележка).
Я уже предвкушала переезд.