Итак, настали времена прогрессивных методик, эффективных менеджеров, красивых табличек и бесконечных совещаний. Если говорить об этом кратко: главным было выйти из зоны комфорта и начать активно убирать все "лишнее". Лишним признавалось все, без чего бизнес-бойцы могли продолжать битву за урожай, потому что и на одной ноге можно дойти до цели, и унылые аргументы о падении скорости движения - всего лишь жалкие попытки усидеть в комфортной зоне. На этом этапе почти все бойцы разделились на три лагеря:
1. Безудержные активисты-сподвижники
Эти люди рьяно и активно приняли постулаты новой веры и с неиссякаемым энтузиазмом принялись вколачивать идеи в головы представителей двух других лагерей. Что, конечно, приводило к жертвам среди просвещаемых, но исключительно для благой цели и светлого будущего.
2. Сомневающиеся реалисты
Эта команда старательно пыталась постичь предлагаемый новый порядок, но при этом не была готова менять устав офисно-строевой службы, не думая о проблемах и сбоях, которые мог породить новый мир, установленный без оглядки на историю и опыт.
3. Офисные консерваторы
Люди, абсолютно не готовые принимать новое мироустройство, не понимающие и осуждающие жажду перемен, потому что - "ну все ж нормально было, чего ерундой-то заниматься".
Как можно было предположить (ха-ха), самыми жизнеспособными оказались первые, они с успехом покромсали и изгнали третьих, которые стали самыми ранними жертвами, после чего перешли ко второй группе, либо перековывая сомневающихся в свой формат, либо отправляя их во след печально скрывающейся за горизонтом офиса колонне с цифрой три на сутулой спине.
Ради справедливости надо отметить, что лучшие показатели долголетия демонстрировали умеренные представители первой группы и активные представители второй. Самые рьяные активисты-сподвижники частенько так лихо палили костры инквизиции на вверенной им территории, что в какой-то момент светлоликие вожди прогресса замечали, что кроме активиста на пепелище никого и не осталось, и тогда под бурные и непродолжительные апплодисменты героя отправляли вдогонку к его недавним жертвам, либо при удачном для героя стечении обстоятельств его направляли на усиление территорий, где костры горели вяло (но так везло не всем).
Сомневающиеся реалисты, очень активно участвовашие в молебнах о ниспослании эффективности, проявлявшие лояльность и преданность светлому курсу, получали индульгенцию своим нелепым сомнениям и вопросам, возникающим раз за разом при реализации программы усовершенствования старого мира. Но индульгенция действовала только при подкреплении ее свежими скальпами плохишей из третьей группы, и слабых и больных особей из второй.
В силу особенностей характера, полученного инженерного образования, ну и, видимо, из-за расположения звезд на небе я примкнул ко второму лагерю, в котором и протекала моя трудовая деятельность. Деятельность была наполнена чередой различных эмоций и ощущений от "а может и правда заработает" до "я ж говорил, говно делаем".
Дорога к лучшему, светлому миру растянулась во времени, все больше крестов с именами участников похода оставалось позади нас, все чаще в первую группу вливалась свежая кровь извне, лишенная ненужных сентиментальных чувств и нелепых сомнений. На вечерних привалах все чаще хотелось припасть к жгучему, дурманящему продукту брожения и дистилляции, утренние подъемы в поход становились все мрачнее и беспросветнее, как ноябрьские дни в Москве.
Верить в светлый мир становилось все сложнее, решимости бежать не доставало, началось безразличное отлистывание листов календаря...