Вот товарищ спрашивает:
Всё-таки для меня лучшая пилюля от тоски и жаления себя — это спорт. Бег и занятие спортом с детьми… 😃 Всякого рода интеллектуальные и духовные «эксперименты» без физических нагрузок, в конце концов, почему то ввергают меня в уныние… 😄
…Взял себя за шиворот и заставил вернуться к занятиям спортом и буквально ожил! И снова закаляться стал. 😌
А как у вас с этим делом?
Мои спортивные перспективы рухнули в тот печальный день, когда мне исполнилось три недели. Родители недосмотрели и дали добраться до меня Неправильной бабушке (потомственной ведьме). Но я не в претензии: главное, они спасли меня от шойхета, который ошибся дверью и хотел меня обрезать, вместо соседа-еврея. (Если вы хотите объяснить мне, что такое на самом деле шойхет, пишите в комментариях. Лайкайте, подписывайтесь на канал). Так вот, неправильная бабушка — в отличие от второй бабушки, правильной, которая действовала уговорами — пыталась приобщить меня к гимнастике.
Говорят, я орал, как резанный. Когда родители прибежали на визг, ведьма пыталась засунуть мне голову между коленей. Меня быстро отняли, так что, я отделался паховой грыжей и неприятием любых нагрузок и напряжений. Не то, чтобы я не любил бегать — большую часть жизни я ходил полу-бегом — но стометровку на норматив — это не ко мне. Я просто не могу разогнаться, а на втором десятке метров у меня кончается дыхалка.
Второй мой шанс получить красивое и умелое тело возник лет в восемь, когда музыкальная тётушка, принимавшая участие в моей судьбе, отвела на балетную секцию. Не помню, были ли там мальчики, кроме меня, но руководительница обещала чуть ли не чай с бутербродами каждый раз, потому что им так не хватало мужских партнёров. Но девочки смотрели на меня волчицами, уверенные, что второй раз я не приду.
Я не стал их разочаровывать и в следующий раз свернул в секцию шахмат. Как-то не нашёл я в балете ничего, кроме неестественных постановок ног (к тому же, меня смущало, как подчёркнуто на виду в этих трико мужские органы). Кстати, балета я испугался или чего, но с детства предпочитаю ходить в мешковатых штанах.
Шахматиста-спортсмена из меня тоже не вышло, так как на первом занятии ведущий разбирал некую партию и рассказывал о пешечном центре. А я думал, что это он просто учит играть в шахматы, и так и надо стараться в каждой партии начинать с пешечного центра (e4, d4). Вдобавок, я азартен и, чем продумывать ходы, предпочитаю бросать в бой лошадей. Лишь недавно я узнал, что лучший первый ход — не обязательно скучное, хотя и любимое e4; а может быть круто и c4, которое всегда было мне интуитивно близко.
Наконец, в первой моей турнирной партии сопернику подсказывали — в общем, в шахматах я разочаровался. Где справедливость?
Может быть, поэтому я стал, в итоге, духовным учителем: между тобой и дзеном — только твои собственные недостатки. И только от тебя зависит, считаешь ли их недостатками — или принял как часть удивительного приключения, творческой жизни.
Не думайте, что я всегда был толстым и лысым. Между младенчеством и сегоднем я был, как любила говорить мама: «Супчик жиденький, но питательный; будешь худенький, но внимательный». Я любил взять лыжи или велосипед и ломануться куда-то в неизвестность… И бывало, через полдня встречный лыжник удивлялся: «Откуда ты тут, мальчик?» (в десятках километров от поселений).
Но у моих лыж отломались носы, а велосипед однажды стал перебирать папа, вероятно, из лучших побуждений; и без укатившихся шариков собрать его обратно не получилось.
Итак, лыж нет, велика нет, а в качалке пришлось бы напрягаться. Как быть?.. Мне остаются пробежки и прогулки! Я гуляю каждый раз, когда выхожу из дома — куда бы ни направлялся. Даже десять минут до магазина — это увлекательная прогулка. Я выхожу на улицу и осознаю себя. Рвусь ли я вперёд, автопилотом, желая быть уже там?
Тогда это значит, что я не живу в настоящем. Какой смысл рваться куда-то, к чему-то лучшему, если не проживаешь вот этот миг?
Каждый миг жизни — это тот самый миг, который есть шанс прожить счастливо и полнокровно. Поэтому, выйдя за порог, я останавливаюсь и остаюсь Здесь.
Здесь — время отодвинуто в сторону. Есть — эти ноги стоят на земле; этот миг вокруг. И этот мир этими ногами решает сделать шаг.
И так этот мир остаётся на месте, здесь. И он выражает свою суть, делая внутри себя шаг — или не делая, а стоя на месте.
Вот так я хожу. Любая ходьба куда-то — это медитация. Я не большой любитель медитировать сидя: дома всегда находятся какие-то заботы. В компьютере интернет недосмотренный. В холодильнике молоко недопитое. А выйдя из дома, я оставляю все заботы за плечами.
Происходит наслаждение — ветерком, небом, кустами, травой и так далее; уникальным восприятием — людей и домов, всего вокруг как впервые увиденного — но дело не в этом.
Приходят умные мысли — о том, как я воспринимаю вот этих людей; как я вообще воспринимаю; я осознаю себя. Но дело и не в этом.
Естественно, на прогулке случаются и наслаждение восприятиями, и умные мысли, и медитация, но суть в том, что это движение — текущая жизнь.
В этот миг, когда ты это читаешь, ощущаешь ли ты полностью проживание Вот этого?
Я люблю путешествовать. В незнакомых местах, без денег, не зная, что будешь сегодня есть и где ночевать — не знаешь, с кем познакомишься и какой вид откроется за поворотом.
Все регулярные дела и привычные оболочки заброшены, ты один на один с реальностью.
Возвращаясь к вопросу о физкультуре: в детстве, когда я гостил у Правильной бабушки, я нашёл книжку о йоге. Мне понравилось: составил себе небольшой набор асан — и после очищения и пранаямы занимался каждое утро. (Ты спросишь, почему асаны после пранаямы, а не наоборот? — Так получилось, и мне так понравилось). Весь день сохранялась бодрость. Я вставал около четырёх утра, а срубался в девять вечера. Мог устать к вечеру, но никогда такой разбитой усталостью, которая раньше случалась уже днём.
Я, наверное, сейчас бы уже был крутым йогом, но — ты догадываешься, да? — так просто не вышло. Йогу не нужны лыжи, не нужен велосипед, но из-за сидения в позе лотоса у меня развилась гибкость ног, и при ходьбе стали случаться подворачивания стопы. Тогда я подождал с йогой, пока заживут «растянутые» связки. Продолжил занятия, и через какое-то время нога снова подвернулась. А потом был и третий раз. Не видя выхода, в итоге, решил бросить йогу; да и маме не нравилось, что я встаю так рано и иду в ванную заниматься своими криями и капалабхатями.
Сейчас-то я знаю, как быть, когда во практике возникают затруднения. Надо разобраться с причинами, уделить внимание процессу и понять, как пустить его по правильному пути.
Но тогда я почему-то не знал таких простых вещей. И в этом я не один: многие взрослые люди бьются лбом в стены, бросают что-то нужное, отчаиваются, делают глупости — не догадываясь переключиться на исследование причин.
Может быть, отчасти тут виновато «тупое тело». Я заметил интересный факт: когда читал в начале девяностых годов книги Кастанеды, то мог перечитывать книжку снова и снова, каждый раз находя что-то ранее не замеченное. Но однажды я узнал о «магических пассах мексиканских шаманов» — что-то вроде гимнастики, цигуна, который они практиковали, и Кастанеда тоже написал об этом. Суть там в том, что тело само подсказывает, как ему хочется двигаться — чтобы размять застывшие участки, стянуть всё в единое целое, энергетически связное, свободное от невнимания и хронических напряжений.
И где-то через полгода неспешных занятий этими пассами — кратко их называют тенсегрити — мои мозги прочистились. Я стал понимать глубоко, всё с первого раза. Оказалось, что раньше я не столько читал, сколько проскальзывал по тексту. А теперь я читаю, действительно вбирая то, что написано. Действительно оказываюсь в этом пространстве, переданном через текст.
Знаешь, как первых мгновений знакомства обычно достаточно, чтобы почувствовать, каков человек перед тобой? Человек может быть неискрен, изображать кого-то, кем он не является — но когда ты действительно воспринимаешь, ты охватываешь всё это, цельно, ты чувствуешь.
Но это вряд ли получится, если ты невнимателен — отвлечён чем-то ещё, замкнут в напряжении. Я встречал людей, которые так заняты собой в фокусе внимания, что они тебя толком не видят. Как будто из окна стометровой башни, их взгляд изредка тебя замечает, но при этом до сердца ничего не доходит.
Так и я когда-то воспринимал — как через длинную «трубу коммуникации», что-то за стеклом… Я боялся дать осознанность и свободу своему телу, будто оно начнёт совершать какие-то противоречивые, неприличные движения.
Но оказалось, что расслабленному телу не нужно никуда дёргаться, оно прекрасно чувствует себя в мире, как дома. Дома не нужно напрягаться и что-то изображать из себя.
Даже если я проявляю свои недостатки, это всего лишь природа — человеческое тело и человеческая судьба, которые мне выпали.
Поэтому, чем быть несвободным, закрытым и напряжённым, лучше вобрать происходящее целиком. Это мгновение весь мир живёт как весь мир.
Я живу и двигаюсь не потому, что так кому-то надо, или «как надо». Просто в этот миг есть то, что есть. Оно в целом куда-то движется — естественно, каждый миг, может возникнуть какое-то движение. Это тело — часть этого движения; и восприятие этого движения.
Поэтому да, безо внимания ко благополучию тела — какая может быть жизнь?
Я пробовал откладывать практику — жить, не уделяя времени самосознанию — когда не хватало времени на работу и учёбу. Но это быстро приводило к упадку духа и депрессии.
Нет смысла бросать необходимую часть жизни ради каких-то обстоятельств.
Поэтому я однозначно рад за тех, кто может заниматься спортом — или хотя бы простыми вещами, вроде йоги, цигуна и тенсегрити. Если человек вроде меня, пострадал в детстве и не может напрягаться — таким советую комплекс, несущий расслабление, а не напряжение. Так что, у вас не будет возникать желания забросить зарядку, не напрягаться — ведь эти занятия не напрягают, а расслабляют и помогают насладиться ощущением осознанного, освобождённого тела. Ответственно заявляю, что этот комплекс не напряжный, и делать его каждый день легко, без усилий:
Восемь форм медитации в движении дзенского мастера Шен Яня