СЕРГЕЮ ЕСЕНИНУ Однажды в детстве на стене Увидел я листок журнала. Так горько, больно стало мне, Так жалко мне собачек стало. До той поры я никогда Не мог себе даже представить, Что боль, как черная вода, Мне может след в душе оставить. Я стал читать его взахлеб, Глотая мысли хулигана. От плача иволги - озноб, От лета бабьего, как пьяный. Я покорен был красотой Обычных слов, его сравнений. Цвет увяданья - золотой, Так написать мог только гений. Я вырос на его стихах, Раскрыл поэзии секреты. В начале был, конечно, страх, Но он давал свои советы. С тех пор прошло уж много лет, Но до сих пор, когда мне трудно, В его стихах ищу ответ И нахожу, блестяще, чудно!
СЕРГЕЮ ЕСЕНИНУ
Однажды в детстве на стене
Увидел я листок журнала.
Так горько, больно стало мне,
Так жалко мне собачек стало.
До той поры я никогда
Не мог себе даже представить,
Что боль, как черная вода,
Мне может след в душе оставить.
Я стал читать его взахлеб,
Глотая мысли хулигана.
От плача иволги - озноб,
От лета бабьего, как пьяный.
Я покорен был красотой
Обычных слов, его сравнений.
Цвет увяданья - золотой,
Так написать мог только гений.
Я вырос на его стихах,
Раскрыл поэзии секреты.
В начале был, конечно, страх,
Но он давал свои советы.
С тех пор прошло уж много лет,
Но до сих пор, когда мне трудно,
В его стихах ищу ответ
И нахожу, блестяще, чудно!