В течение следующих нескольких дней они привыкли к режиму подготовки, быту и свободного времени. Была общая атмосфера доброжелательности и энтузиазма по поводу перспектив, и вскоре начали формироваться дружеские отношения – вначале Денвер и Москва в основном держались вместе, как два серба, но уже через несколько дней отдельные люди начали сливаться в сплоченную группу.
Однако Серхио заметил, что их непринужденное товарищество не распространялось на Ракель. Группа могла бы принять ее, но они никогда не разговаривали с ней, и Токио изо всех сил показывал ей свое неприятие.
Это означало, что Ракель проводила большую часть своего свободного времени в одиночестве, только избегая общества других на занятиях и во время еды. Серджио был обеспокоен этим. Даже если Ракель не войдет на монетный двор вместе с остальными, она будет дежурить в рубке вместе с ним, и она будет дежурить всякий раз, когда ему нужно будет поспать или если ему придется уйти по какой-то причине. Остальные должны были доверять и уважать ее настолько, чтобы в случае необходимости подчиняться приказам.
Он никогда не умел просто разговаривать с людьми, особенно в групповом контексте, поэтому, кроме тех случаев, когда он читал им лекции, он в основном держался в стороне от разговора, довольствуясь тем, что слушал и смеялся вместе с ними.
Через несколько дней, однако, он почувствовал, что ему нужно сделать усилие, чтобы заставить Ракель чувствовать себя более включенной, поскольку никто другой, казалось, не был склонен даже попытаться наладить с ней контакт.
В отличие от остальных, у него никогда не было никаких стычек с полицией, поэтому он не разделял их отвращения к ней-на самом деле, он уважал и даже любил ее инстинктивно. Он не хотел, чтобы она чувствовала себя одинокой. Поэтому он отбросил свои подозрения и осторожно попытался завязать с ней разговор.
Сначала она отвергала его, давала только короткие ответы и уходила от него, но через несколько дней ее естественное желание общения, казалось, стало слишком сильным для нее, и она начала искать его, обмениваясь с ним несколькими словами во время перерывов.
Во время их коротких бесед она постоянно поражала его своим умом и сообразительностью.
Когда они говорили о тренировках, она проявляла глубокое понимание его планов, что одновременно впечатляло и льстило ему.
Через несколько дней их разговоры, хотя и оставались поверхностными, становились все длиннее и длиннее, и он понял, что начинает с нетерпением ждать их и что, не задумываясь, он взял привычку садиться рядом с ней за каждым столом.
Он знал, что не должен сосредотачивать свое внимание так много на одном человеке, но по какой-то причине он чувствовал себя гораздо более комфортно с ней, чем с кем-либо другим.
Однажды во время обеда Токио был особенно груб с Ракель, и остальные, как обычно, не обращали на нее внимания. Покончив с едой, она молча встала и направилась к входной двери. Он быстро отодвинул стул и последовал за ней.
“Куда ты идешь?”
- На прогулку, - коротко ответила она.
Он колебался. “Вы не возражаете, если я вас провожу?”
Она пожала плечами. “Делай, что хочешь.”
Они вышли вместе в серый и холодный день и несколько минут шли молча, пока он пытался подобрать нужные слова.
- Мне жаль, что остальная часть группы так неприятна тебе.”
Она сгорбила плечи от ветра и нахмурилась. - На самом деле неприятен только Токио. Другие просто не любят меня.”
- Я уверен, что они поменяют к тебе отношение, как только узнают тебя, - попытался он успокоить ее. “Им просто нужно перестать видеть в тебе женщину-полицейского и начать видеть в тебе человека.”
“Ты хочешь сказать, что они не видят во мне человека?”
“Они ничего не могут поделать... раньше у них был только негативный опыт общения с полицией.” - Да” - кивнула она. - Полагаю, я могу понять, почему они не хотят видеть меня здесь.”
Она вздохнула и посмотрела в сторону. “Ты не должна чувствовать себя обязанной говорить со мной только потому, что никто другой этого не делает.”
“Я не чувствую себя обязанным”, - заверил он ее. - Кроме того, мы все равно должны узнать друг друга получше.”
Она удивленно посмотрела на него. “Ты хочешь узнать меня получше?”
Он поспешил объяснить: "Нет... не лично, конечно. Но мы будем проводить много времени вместе в комнате управления. Нам нужно чувствовать себя комфортно рядом друг с другом, знать манеры и привычки друг друга.”
- О” - сказала она бесцветным голосом. “Да, конечно.” Некоторое время они молчали. Затем она повернулась к нему.
“Итак, это правило, которое ты дал нам в первый день нашего пребывания здесь? Никаких имен, никаких личных вопросов…”
- ... и никаких личных отношений, - добавил он.