А помнишь, как черёмуха цвела, И пели птицы, не смолкая даже ночью... И ёжик, очень милый, между прочим, Сидел и пел, забросив все дела... Сидел он под черёмухой душистой, И слушал как выводит соловей Свой гимн, безукоризненный и чистый, И подпевал ему, как мог, среди ветвей...
А помнишь, как черёмуха цвела,
И пели птицы, не смолкая даже ночью...
И ёжик, очень милый, между прочим,
Сидел и пел, забросив все дела...
Сидел он под черёмухой душистой,
И слушал как выводит соловей
Свой гимн, безукоризненный и чистый,
И подпевал ему, как мог, среди ветвей...
