Женщина — грозовая туча
Хмурая, надтреснутая, как медведица из сказки, у которой спали на постели неведомые гости. Амвросиевна также чуяла.
Чужаков по духу.
Молоденькие девки в коротких юбках.
Тупые юнцы с наушниками вместо шапок.
Невоспитанные дети, одетые как модели из журнала её молодости «Бурда Моден».
Их мамаши с телефонами в руках, нагло сверкающие леденцовыми ногтями.
Сгрести бы их, сволочей, да...
Как филолог, она не употребляла ругательства, и отлично знала, что сволочью раньше называли мусор, собранный в одном месте.
«Мир не спасется», — любила приговаривать она, оттирая подсвечники в храме.
Ох, и строга была Амвросиевна с захожими.
Приходят раз в год куличи святить — а сами накрашены, что твои скоморохи.
Получи пулеметную очередь обличений, что бы в следующий раз не повадно было.
От них соблазн идет.
Амвросиевна обрубала искушения на корню.
Спасала мир, как человек-паук.
Новый, молодой настоятель пришел в ужас от подобных «зачисток» и первым делом повесил объявление: «Замечания в храме благословляется делать только священнослужителям».
Настала новая, бесправная жизнь
В ней была только одна радость — сверкать глазами, выстреливая молниями.
Настал хаос — в храм приходили люди с сиреневыми волосами, и серьгами в носу и священник тратил на беседы с этими кучу времени!
А заслуженных старушек быстро накрывал епитрахилью, даже не дослушав список прегрешений невестки.
Каждый вечер Амвросиевна просила у Бога знак. Знак, как изменить пагубную ситуацию. И однажды утром, стоя на остановке с зонтиком, знак пришел.
Дорожный знак пешеходного перехода качнулся и упал ей на голову прямо перед подъезжающим автобусом.
Незнакомые, парень с девчонкой испуганно подбежали и вызвали скорую.
Он — в рванине, она — в шортах «по самое не балуйся».
Жаль, у Амвросиевны не было сил для нравоучений.
Лечащий врач, сделавший ей отличную операцию, был с ощерившимся драконом во всю руку. Хотела пожаловаться заведующему на беспредел, но вставать было запрещено.
Бессильные злые слезы текли по лицу Амвросиевны, ведь мир не спасется.
В палату, осторожно постучавшись, зашли двое. В руках — противные желтые мимозы и пакет с апельсинами.
— А это бульон, Вам полезно сейчас, — проговорила девушка, та, что была вроде и в шортах, а вроде и без, и погладила мозолистую старушечью руку.
— Внуки пришли? Ну, теперь, точно пойдете на поправку! — бодро произнес высокий мужчина с дурацкой лохматой стрижкой, — я зав. отделением, вопросы есть?
— Не внуки они мне, а неизвестно кто, — хотела крикнуть старуха, но от чего-то промолчала.
Соленые ручьи продолжали течь по лицу Амвросиевны. Совсем другие слезы.
Как большая вода, расступившаяся перед Моисеем и его народом.
В родной храм она вернулась другим человеком.
Не пеклась более о спасении мира.
Только о своем.
Может, знак ударил точно в цель?
Спасибо за ваши лайки и комментарии
Ещё много интересных, весёлых и поучительных историй вас ждут на моём канале.