Найти в Дзене
Ольга Полторак

За счастье нужно расплачиваться слезами! Эдит Пиаф говорит...

Жан Кокто Она много страдала, она любила, она была необыкновенна. Вы получаете бесценный дар, а мы навсегда лишились чего-то очень большого. Навсегда? Нет, это невозможно. Поэтому не прощай, до свиданья, Эдит. Марсель Блистэн «До свидания, Эдит» Жизнь ее была так печальна, что рассказ о ней почти неправдоподобен — настолько он красив. Саша Гитри Единственное слово, которое бы смогло заменить слово Париж, — слово Пиаф. Марлен Дитрих Эдит — воплощение всех горестей больших городов. Ч. Чаплин Ей многое простится ибо она много любила. Из книги Марселя Блистена «До свидания, Эдит» * * * Эдит Пиаф Артисты и публика не должны встречаться. После того как занавес падает, актер должен исчезнуть, как по мановению волшебной палочки. * * * Бог воссоединяет тех, кто любит друг друга! * * * Даже телефонный справочник можно спеть так, что весь зал будет рыдать. * * * Если у мужчины красивые руки, по-настоящему красивые, он не может быть уродливым внутри. Руки не лгут, как лица. * * * Если это история
-2
-3

Жан Кокто

Она много страдала, она любила, она была необыкновенна.

Вы получаете бесценный дар, а мы навсегда лишились чего-то очень большого.

Навсегда? Нет, это невозможно.

Поэтому не прощай, до свиданья, Эдит.

Марсель Блистэн «До свидания, Эдит»

Жизнь ее была так печальна, что рассказ о ней почти неправдоподобен — настолько он красив.

Саша Гитри

Единственное слово, которое бы смогло заменить слово Париж, — слово Пиаф.

Марлен Дитрих

Эдит — воплощение всех горестей больших городов.

Ч. Чаплин

Ей многое простится ибо она много любила.

Из книги Марселя Блистена «До свидания, Эдит»

* * *

Эдит Пиаф

Артисты и публика не должны встречаться. После того как занавес падает, актер должен исчезнуть, как по мановению волшебной палочки.

* * *

Бог воссоединяет тех, кто любит друг друга!

* * *

Даже телефонный справочник можно спеть так, что весь зал будет рыдать.

* * *

Если у мужчины красивые руки, по-настоящему красивые, он не может быть уродливым внутри. Руки не лгут, как лица.

* * *

Если это история, я предпочитаю о ней читать, а не участвовать в ней.

* * *

Жизнь — это лучшее орудие самоубийства.

* * *

За счастье нужно расплачиваться слезами!

* * *

Именно когда я не умираю от любви, я по-настоящему готова умереть!

* * *

Исполнить песню — значит вдохнуть в нее жизнь.

* * *

Как бы низко ты ни падал, никогда нельзя терять надежду.

* * *

Как прекрасна жизнь в те дни, когда публика талантлива!

* * *

Когда любовь остывает, ее нужно или разогреть, или выбросить. Это не тот продукт, который хранится в прохладном месте.

* * *

Когда я не умираю от любви, когда мне не от чего умирать, — вот тогда я готова издохнуть!

* * *

Мое истинное призвание — петь. Петь, что бы ни случилось! Мои песни — это я, моя плоть, моя голова, мое сердце, моя душа. Мои песни — вот моя жизнь.

* * *

Моя жизнь была отвратительной, это правда. Но моя жизнь была и восхитительной. Потому что я любила прежде всего ее, жизнь. И потому я любила людей, своих друзей, своих любовников. Но я любила и незнакомых, тех незнакомых, из которых состояла моя публика, та, для которой я пела, для которой хотела умереть на сцене вместе с последней песней своей…

* * *

Момент, когда колешься не для того, чтобы тебе стало хорошо, а чтобы не было плохо, наступает очень быстро.

* * *

От любовного пожара не застрахуешься.

* * *

От мужчины нужно уйти до того, как он подумает, не уйти ли ему.

* * *

Певцов много — артистов мало!

* * *

Песня — это рассказ. Публика должна в него верить. Для зрителей я являюсь воплощением любви. У меня все должно разрываться внутри и кричать — такой мой образ.

* * *

Петь песни — самое прекрасное занятие на свете! Не знаю, есть ли еще большая радость, чем радость артиста, сумевшего в нескольких строках песни передать слушателям немного своего личного богатства.

* * *

Публика втягивает тебя в свои объятия, открывает свое сердце и поглощает тебя целиком. Ты переполняешься ее любовью, а она — твоей. Потом в гаснущем свете зала ты слышишь шум уходящих шагов. Они еще твои. Ты уже больше не содрогаешься от восторга, но тебе хорошо. А потом улицы, мрак, сердцу становится холодно, ты одна.

* * *

Это та толпа, которая, я надеюсь, будет провожать меня в последний путь, потому что я не люблю одиночества. Ужасного одиночества, что сжимает вас в объятиях на заре или с наступлением ночи, когда спрашиваешь себя; стоит ли еще жить и для чего жить?.. Мне бы хотелось, чтобы те, кто прочтет эту мою, быть может, последнюю «исповедь», сказали бы обо мне, как о Марии Магдалине: «Ей многое простится, ибо она много любила».

* * *

Я всегда отличала друзей от наперсников. С друзьями мне приятно поговорить, от наперсников я ничего не скрываю.

* * *

Я не гожусь, чтобы воспевать радость жизни. Песня о счастливой любви, это, знаете ли, не я. Я пою не для всех — я пою для каждого.

* * *

Я умираю от любви пятьсот раз за вечер.

* * *

Я умру, и столько будет обо мне сказано, что никто не узнает, чем же я была на самом деле. Вот потому, пока у меня есть еще время, я хочу сказать о себе сама. Рискуя нарваться на скандал. Рискуя показаться жалкой.