Константин Леонтьев – уникальный в своём роде русский мыслитель XIX века, который был и не западником, и не почвенником. Очень они с Ницше друг на друга (как мыслители) похожи. Единственное чем отличаются – это отношением к христианству. Леонтьев апологет христианства, а Ницше – ровно наоборот. Но в остальном, если бы они встретились, то наверняка были бы дружки не разлей вода.
Так вот. У Константина Леонтьева есть программная работа «Византизм и славянство» (1873 г.). И вот он там промеж прочего упомянул Спарту. Сложно удержаться от небольшого цитирования:
«Спарта под конец своего существования изменила только одну существенную черту своего быта: она освободилась от стеснительной формы своего аристократического сословного коммунизма, по которому все члены неравных горизонтальных слоёв были внутри этих слоёв равным между собою… В ней стало больше политического равенства, но меньше экономического».
Тут интересно то, как в 70-х годах XIX века в России воспринималось понятие коммунизм. «Спартанский аристократический сословный коммунизм». Лихо сказано.
Вот ещё одно упоминание Леонтьевым коммунизма (в той же работе). Любопытно, насколько точно Леонтьев предсказал этот самый коммунизм:
«Всякое начало, доведённое односторонней последовательностью до каких-нибудь крайних выводов, не только может стать убийственным, но даже и самоубийственным. Так, например, если бы идею личной свободы довести до всех крайних выводов, то она могла бы, через посредство крайней анархии, довести до крайне деспотического коммунизма, до юридического постоянного насилия всех над каждым или, с другой стороны, до личного рабства. Дайте право людям везде продавать или отдавать себя в вечный пожизненный наем из-за спокойствия, пропитания, за долги и т.п., и вы увидите, сколько и в наше время нашлось бы крепостных рабов или полурабов по воле».
Ни добавить, ни убавить. О чём, собственно, стонут нынче любители СССР? Да вот по этому самому – по пожизненному гарантированному найму, гарантирующему спокойствие и пропитание (в современной интерпретации конечно речь шире, чем только о пропитании, но это сути не меняет). Советский патриот сегодня – это потенциальный государственный раб или полураб, стонущий о том, что государство никак не желает принять его в рабство.