- "Есть мелочь?"--раздался скрипучий голос у меня за спиной. Я обернулся и увидел согбенную фигуру Вовки.
Вовка--бомж. Он живёт в подвале здания, в котором наша контора арендует офис.Живёт там уже лет пятнадцать, в силу чего охранники здания ласково кличут его- Ночной Директор и Подземный. Вообще-то он Владимир Александрович и ему шестьдесят два года, но окружающие равнодушны к его солидному возрасту.
Из своих шестидесяти с хвостиком, лет двадцать Вовка провёл в местах не столь отдалённых или как он сам говорит- "У хозяина"
Подземный чистоплотен, по утрам он обтирается по пояс водой используя для этого раковину в бойлерной. Там же стирает свою одежонку. Вместо зарядки --" кильжуется", то есть ходит быстрым шагом заложив руки за спину в течении часа пятьдесят метров вперёд, пятьдесят назад. В этот момент он напоминает мелкого шакалёнка в клетке.
Спит он на деревянной медицинской кушетке времён первой обороны Севастополя, смотрит телевизор "Енисей" 1966 года выпуска.
За все эти годы Вовка не был замечен в крысятничестве, подлых делишках, но любит посплетничать. Впрочем этот его грешок--от недостатка общения.
В принципе он тих, спокоен и на его морщинистом лице беспородного шарпея просматривается печать умиротворения.
Но это пока он трезв. Стоит Вовке слегка принять на грудь, как он тут же перерождается из юродивого ангела в буйно помешанного чертополоха.
Его тщедушное, согбенное тельце распрямляется, он разворачивает плечи, нет не плечи, плечики и бродит по району в поисках приключений. Он громко и много сквернословит, цепляется к прохожим, задирает дорожных проституток, требует деньги у всех подряд, справляет малую нужду на глазах у окружающих и грозится всех "посадить на пику". Раньше приключения он находил легко и неотвратимо, о чём свидетельствовали постоянные тени под глазами, но в последнее время люди его просто брезгливо обходят стороной.
Вовке становится обидно от такого невнимания, он устало опускается на скамейку и самозабвенно играет на воображаемой гитаре. "Листья жё-ё-ёлтые, над городом кружа-а-атся"---старательно выводит он слова своей любимой песни, закрывает глаза и пьяные слёзы катятся по его морщинистому лицу. Слуха и голоса у Вовки нет, впрочем , как и паспорта с пенсионным удостоверением -то есть, нет вообще.
Собственно из-за пьянки Подземный и перебрался из уважаемых собственников недвижимости в презренные люмпены. Дело было так.
После очередной отсидки, пока ещё Владимир Александрович, собрал Великий Той, на котором присутствовали многочисленные друзья и подруги.
Все они восхищались Вовкиным радушием, широтой натуры и щедростью. Стол ломился от всяческой султыги и незатейливой закуски.
Празднества по поводу освобождения каторжанина из узилища затянулись на несколько дней и как- то само собой получилось, что Вовкина , убитая ещё при Хрущёве, однушка-хрущёвка в жопе мира, была продана, а в собственности у счастливчика оказалась мечта его детства-автомобиль.
Это был ядовито зелёный Мерседес-Бенц одна тысяча девятьсот восемьдесят пятого года от рождества Христова выпуска, с разбитой фарой и облупившимися боками.
На нём пьяный Вовка, следующие несколько дней, степенно следовал по городу, отдавая указания нанятому и испуганному свалившейся на него ответственностью водителю, а сзади тащились два арендованных таксомотора, в коих покоились Вовкины мятая шляпа и грязные ботинки.Эти выезды производили фурор у Вовкиных подруг, а так же тихую зависть и зубовный скрежет менее удачливых друзей.
Но через неделю этой шикарной, аристократической жизни внезапно и ошеломительно закончились деньги. Следом растворилась в городской дымке ядовито-зелёная мечта детства с испуганным водителем и облупившимися боками, а вместе с ней пропали и ВСЕ документы.
Куда- то исчезли верные друзья-мушкетёры и красавицы-подруги.
Вовка протрезвел, тяжело вздохнул и с поникшей головой отправился к старшей сестре на поклон, просить убежища и приюта.
У сестры была великолепнейшая двухкомнатная хрущёвка, муж - армянин и двое мелких спиногрызов. В приюте Вовке было решительно отказано горячим сестринским мужем, чернявые племянники бежали за новоявленным бомжем, плевали ему в спину и мерзко гыгыкали, а старшая сестра украдкой утирала слезу по беспутному братцу. Так Владимир Александрович стал Вовкой и Подземным.
-"Есть мелочь?"- повторил он.
Я пошарил по карманам и протянул мятую сотню.
-" О! Спасибо,мистер!"-улыбнулся во все свои четыре кривых, жёлтых зуба Подземный. -"Куплю чай и сигарет. Сегодня вечером финал. СКА - Ак Барс. Сегодня я кайфую! Ещё раз благодарю вас, сэр! "
" Донт мэншн ит"-машинально пробормотал я в ответ и побрёл домой.
Евгений Клифт
