Представьте ситуацию: беседуете вы с визави. И вдруг замечаете, что в его нарративе присутствует образ злого смеха:
Мне рассмеялись прямо в лицо...
Меня выставили на посмешище...
Они не решают эти проблемы, они угорают над ними.
Это лишь примерные фразы, но, думаю, вы понимаете, о чём речь.
Или образ падения:
Я падал, но поднимался.
Я упаду ей в ноги.
Для меня это означает падение...
Прибавим сюда сумрачность.
Добавим воды в любом её агрегатном состоянии:
И всяких тварей:
А если ваш собеседник ведёт речь о слуховых, зрительных и обонятельных ощущениях, то, как правило, о неприятных:
- слуховые: шорохи, треск, шуршание, звон, шум шагов, раздражающий цокот каблуков по кафелю и ты пы;
- обонятельные: вонь во всех её проявлениях;
- зрительные: огонь (именно в неприятном значении, например, пожар) и его производные (в т.ч. раздражающие блики, мерцание, дым и тэ дэ), пятна, туман.
Такой собеседник не гнушается сленга, жаргона и мата, даже занимая приличную должность.
Его нарратив может быть пропитан экзистенциальной тоской.
Тексты такого индивида изобилуют тире, часто сверх нормы умники называют это авторской пунктуацией. А если он пытается заниматься творчеством, вы заметите, что ночь в его произведениях преобладает над днём, а луна — над солнцем.
Мир такого индивида справедливее назвать мирком: во всём преобладает малый размер, в речи на нём делается акцент. Огромное, большое, как правило, приписывается враждебному. Грубо говоря:
Мы люди маленькие. Мир враждебен к нам.
Эдакий минимализм в действии.
Однако характер у такого индивида, как правило, бунтарский.
Огромное значение такой индивид уделяет физиологии, сексу.
Обычно он является скрытым извращенцем номер один в облачении монаха (фигурально выражаясь).
Что же это такое? Знакомьтесь, эпилептоид.
Морализатор и распутник, святой аскет и кровавый диктатор, гений и бездарность, традиционалист и новатор, консерватор и бунтарь, великомученик и палач, стальные яйца и психопат — двуличная сволочь, одним словом.
Однако обладающая величием — эпилептоиды лезут под танки на войне и прикрывают собой от пуль. Они тащат тебя раненого с поля боя, бухого в хлам из ночного клуба и корчащегося от боли в больницу. Хотя и гнилые среди них попадаются. Тут уж как повезёт.
А ещё эпилептоиды любят время от времени уничтожать свои творения (такими были, к примеру, Гёте, Гоголь, Кафка, Пикассо и др.). Хорошо, если рядом окажется адекват, который этому помешает (Гёте и Кафке в этом плане повезло, а вот Гоголю с Пикассо не очень)...