Найти в Дзене
Только по любви

Все в хор!;)))

«В моем парадном темно, резкий запах привычно бьет в нос»… Это не про нас. У нас как раз чисто, светло и сухо, усилиями приходящих тетенек, которые два раза в неделю моют подъезд, включая стены. Но не все так считают. Например, 75-летняя тетя Фая уже год бьется за чистоту. Причем бьется не с грязью, а с нами, соседями. Живет она, кстати, с дочкой и двумя внуками, но забота о них – это несерьезно, ибо облагораживает только общественно полезный труд. Схватка начинается в 7 утра, когда она выволакивает на лестничную площадку два ведра, несколько тряпок и стул. Все это тащится к нашей двери. Не потому что мы самые неряхи, а потому что живем на втором этаже 5-этажного дома, и ни одна сволочь, спускающаяся сверху, мимо нашей двери не проскользнет. За исключением жильцов первого этажа, но там ей холодно, поэтому они счастливчики. Садится, значит, тетя Фая на стул и начинает прислушиваться, когда же хлопнет чья-то дверь. Это сигнал к началу атаки. Божий одуванчик лихо вскакивает, начинает г

«В моем парадном темно, резкий запах привычно бьет в нос»… Это не про нас. У нас как раз чисто, светло и сухо, усилиями приходящих тетенек, которые два раза в неделю моют подъезд, включая стены.

Но не все так считают. Например, 75-летняя тетя Фая уже год бьется за чистоту. Причем бьется не с грязью, а с нами, соседями. Живет она, кстати, с дочкой и двумя внуками, но забота о них – это несерьезно, ибо облагораживает только общественно полезный труд. Схватка начинается в 7 утра, когда она выволакивает на лестничную площадку два ведра, несколько тряпок и стул. Все это тащится к нашей двери. Не потому что мы самые неряхи, а потому что живем на втором этаже 5-этажного дома, и ни одна сволочь, спускающаяся сверху, мимо нашей двери не проскользнет. За исключением жильцов первого этажа, но там ей холодно, поэтому они счастливчики.

Садится, значит, тетя Фая на стул и начинает прислушиваться, когда же хлопнет чья-то дверь. Это сигнал к началу атаки. Божий одуванчик лихо вскакивает, начинает греметь ведрами, громко охать и тереть тряпкой по одному месту. Представление продолжается до тех пор, пока жертва не вылетит пулей из подъезда, после чего объявляется антракт до появления следующей.

Сначала соседи велись, даже пытались ей помогать. Потом стали проходить мимо со словами «ах, какая же вы молодец, тетя Фая». Но ей этого было явно недостаточно. Ей хотелось, чтобы добавляли еще что-то вроде – «в отличие от меня, ленивого говна». Теперь все просто бормочут приветствие и бочком-бочком стараются быстрее свалить.

И вдруг тетя Фая пропала. Неделю по утрам не слышно вздохов, бормотанья и ведер. Я даже начала беспокоиться, жива ли. А сегодня встретила ее, плывущую из салона красоты. С новыми перманентными кудрями голубого цвета, такими же долгоиграющими бровями и блаженной улыбкой. Говорит, не будет больше грязь за нами убирать, пусть мы даже зарастем по уши. Приняли, говорит, в хор ветеранов, а там есть интересные старички, так что теперь надо держать фасон. В хор, говорит, большая очередь была, вот только сейчас место появилось.

Я вот думаю, не пора ли уже бронировать место в хоре.