Первая Дуйкина весна

Первая ее весна была самой счастливой порой нашей жизни. Мы взрослели вместе. Коля ходил в первый класс, Дуйка подрастала, открывая для себя весь мир. А мир вокруг нее был по-настоящему велик и прекрасен. Дом, полный вкусной еды и странных, веселых людей. Добрая, большая женщина с мягкими ладонями, иногда пахнущими лавандой или мятой, отчего смешно чихается, когда утыкаешься в них своим мокрым носом. Мальчишка, постоянно бегающий с мячом и с полными конфет карманами. Строгий Хозяин и его книги. Господи, что это были за книги! Толстые, шуршащие своими бумажными страницами, они манили к себе снова и снова, и, невзирая на все запреты, хотелось их грызть, грызть и грызть. Соседские собаки, с которыми она сразу же подружилась и даже стала слегка командовать ими, несмотря на их внушительные размеры и важные породы. Лучшая подружка чау-чау Лотта, замиравшая на прогулке в ожидании Дуйки и их веселых совместных проделок, еще не видя, но уже издалека чувствуя ее приближение. Доверчивый и глуповатый бассет-хаунд Боня, чьи огромные длинные уши всегда становились ее легкой добычей, за что она частенько получала от его милой владелицы «на орехи».

А лес! Какой у Дуйки был лес!

«Осторожно переходишь дорогу от дома, поводок натянут, терпение на пределе, и вот хозяйка, отстегивает его, и ты бежишь по волшебному лесу, только уши развиваются на ветру, в морду бьет ветер, а ноздри вбирают в себя волнующие запахи. Здесь пробегала белка, а здесь живет ежик. А если остановиться и порыть носом молодую зеленую травку, то можно найти прошлогодние желуди. Они пахнут сыростью и немного снегом, так любимым еще с зимы. Но надо бежать, мчаться, лететь все дальше и дальше. Ведь там за поваленным деревом, начинается тропинка, по которой если не сворачивать, можно попасть в яблоневый сад. Он цветет. Останавливаешься, замираешь на месте, щурясь от солнца, смотришь на эту белую сказку. Может снова зима вернулась? Наглые пчелы так и норовят сесть тебе на нос, ну где же хозяйка? Озираюсь по сторонам. Вот и она - бежит, нелепо размахивая моим поводком, запыхавшаяся, но веселая. Садимся отдыхать вместе прямо на землю. Она закуривает. Дым неприятен мне. Но я терплю. Сижу, прижавшись к ней близко-близко. Я очень ее люблю. Потом мы долго идем по саду, она что-то напевает, не попадая ни в одну ноту. Слежу за ней, охраняю ее. Вот она зачем-то сорвала цветы с ветки, нарвала одуванчиков. По-моему сейчас будет плести венок. Точно, сплела и одела мне на шею. Какое вероломство, но как приятно! Все-таки мы с ней такие девочки!»

…К осени Дуйка была уже ладной черной собакой с густой, волнистой и блестящей шерстью, шелковой на ощупь, и пушистым хвостом, задорно расположившимся у нее на спине; со строгим, но дружелюбным характером, отличными охранными качествами, преданная семье и недоверчивая к чужим людям.

Продолжение следует.