Когда анализ крови выявил, что у моей дочери острый лейкоз, первой реакций был шок. Второй - вопрос "Ну почему именно мне?" Ведь я, хоть и косвенно, сталкивалась с темой лечения детских лейкозов в России. Когда писала кандидатскую... по истории.
В середине 1980-х прогноз выживаемости в СССР для ребёнка, получившего диагноз острый лейкоз, составлял менее 10%. А 26 апреля 1986 года на четвертом реакторе Чернобыльской атомной произошёл взрыв. И число детей, получивших значительные дозы облучения, оказалось огромно для советской медицины.
В 1997 г. благоприятный прогноз достиг почти 90%! ВСЕГО ЗА ДЕСЯТЬ ЛЕТ! Как стал возможен такой небывалый рывок? Может быть этим вопросом занялось государство? Не совсем.
Михаил Сергеевич Горбачёв - тот самый первый и последний президент СССР - и его жена, Раиса Максимовна, которую не ругал только ленивый - вложили в развитие вопроса немалые средства. Это были и деньги (от Нобелевской премии мира, мемуаров и книг Горбачёва и его жены, помощи международных организаций, доверявших Горбачёв-фонду), это было время, и внимание.
Германия, которая благодаря позиции Советского Союза получила возможность воссоединиться, в благодарность Михаилу Сергеевичу включилась в работу по реформированию детской онкогематологии в РФ. России передавалось новейшее германское оборудование (оно и сейчас нередко немецкое!). Отечественных онко-гематологов принимали на бесплатные стажировки в германские клиники. Были налажены научные контакты и созданы каналы постоянного взаимодействия, вплоть до совместных клинических испытаний протоколов лечения. Сохраняется эта уникальная связь и сейчас.
В бытность мою работы в библиотеке и архиве Горбачёв-фонда меня очень удивило, что вклад данной организации и самого первого и последнего президента СССР в изменение ситуации с лечением детских лейкозов никак не офишировался. Это было особенно непривычно на фоне многократных заявлений Б.Н. Ельцина в его мемуарах о том сколько одноразовых шприцов он привозил в Екатеринбург после поездки в США ("Исповедь на заданную тему", 1989 г.). Или о том, как его благодарят за помощь инвалиды и часть средств от своих "Записок президента" он "опять" потратит на благотворительность (в издании 1993 г. об этом говорится в ЧЕТЫРЁХ местах!!!).
Раиса Максимовна Горбачёва, многократно посещавшая деток в отделениях онкогематологии, в конце концов заболела той же болезнью, хоть лейкоз и не заразен. Её не спасли, как ни старались. Не помогли даже самые лучшие западные специалисты. Иногда мне кажется, что эта героическая женщина собрала всю ту боль, которую буквально излучали маленькие пациенты онкологических больниц...
Эстафету благих дел четы Горбачёвых в лечении детских лейкозов подхватил нынешний Президент России Владимир Владимирович Путин. Это он съездил к маленькому пациенту онкогематологического отделения Диме Рогачёву "на блины". Без представителей СМИ и "красных ковровых дорожек". Через "чёрный ход", которым проходили пациенты и их родители. И помог ускорить строительство нового центра, до открытия которого Дима, к сожалению, не дожил.
Сегодня моего ребёнка и тысячи других лечат за счёт государства. И региональные клиники со всей страны пересылают данные анализов в Центр Рогачёва, который, совместно с немцами, держит "руку на пульсе" каждого сложного случая.
Спасибо, господа президенты! За то, что по крайней мере в области лечения детских лейкозов Вы сделали больше, чем многие