Народ в средние века темный был, несознательный. Особливо женщины. Представляете, они не верили в ведьм! Вернее, в ведьм-то они верили, а вот в то, что сами ими являются — не очень. Нехороших тетенек никак не устраивало мнение церкви, что ведьм (то есть их, красивых и не очень)надобно сжигать на кострах во славу Господа и с конфискацией имущества в пользу церкви, короны или иных полномочных органов.
Католическая церковь (ну, и православная, на пол-коготочка каждого пальца запачкалась) оченно такой несознательностью огорчалась. Потому что каждая уцелевшая ведьма — сплошной убыток церкви, которая и так не шикует.
Многодетный папа Джамбатиста Чибо (не путать с другим, который жил позже, был философом и носил фамилию Вико), по совместительству — Папа Инокентий VIII, яркое тому подтверждение. Представляете, он был вынужден даже папскую тиару заложить! Казну до плачевного состояния довел другой многодетный отец и по совместительству насидник папского престола — Сикст IV.
Нельзя сказать, что он совсем не заботился о доходах. Он лицензировал заведения, в которых каждый страждущий мужчина мог найти себе амурных приключений за пару монет, он ввел налог на метресс священников, он распространил продажу бессрочных индульгенций даже на тех, кто благополучно кончался!
Но денег все равно не хватало.
И тогда Инокентий VIII придумал распространить инквизицию по типу испанской на весь католический мир. С тем условием, что имущество будет в церковную казну идти, разумеется!
Папе это на первых порах не удалось. То ли спорынья не уродилась во ржи, то ли еще какая неприятность случилась, но его посланников (в том числе печально прославившегося Крамера) поначалу с позором отовсюду гнали, и только в эпоху Позднего Ренесанса костры заполыхали массово.
Причем доказательства виновности обвиняемых брались чаще всего «с потолка» и являлись насквозь лживыми. Инквизиция работала по принципу: если вас еще не сожгли, то это не ваша заслуга, но наша недоработка.
Очень часто одним из испытаний было взвешивание обвиняемых. Ведь для полетов на метле необходимо иметь очень, очень низкий вес!
Протоиерей Григорий Дьяченко в своей «Простой речи о бытии и свойствах души человеческой, как богоподобной духовной сущности. В трёх частях.» пересказал заметку из некоей австро-венгерской газеты за 1728 год (18 век, однако, который многие считают вполне таким цивилизованным)
Когда недавно, здесь, в Сегедине, несколько лиц было арестовано по обвинению в чародействе, то согласно здешнему обычаю их подвергли испытанию… положили на весы, чтобы свесить; при этом удивительно, что большая толстая женщина весила не более 1,5 лота, ее муж, который тоже был не из маленьких, имел 1,25 лота
1 лот, на минуточку, это… 17.53 гр. Гирьки на фото относятся к более позднему периоду, одна — к 1792 году, вторая — к 1873. Но вряд ли в 1728 году лот весил больше.
Без активного участия служителей божьих весы, конечно, такого веса не показали. Но кто говорил, что инквизиция, а особливо — борьба с колдовством, дело честное? Оно в первую очередь должно было приносить прибыль!
Для видимости законности во многих городах был вычислен минимальный вес, ниже которого человек, мужчина ли, женщина, считались пригодными на костер.
В Мюнстере считали, что «порядочная» женщина, не ведьма, весить меньше, чем современные 55 килограмм, не может. В нидерландском городе Аудеватер эта планка равнялась современным 49.5 килограммам. Возможно, в других местах существовали свои нормативы, но как проходило взвешивание достаточно понять из газетной заметки.
Но только у тех, кто попал на весы в Нидерландах, оставался шанс выжить. В этом маленьком городке проживали очень, очень честные бюргеры. И они никогда не обманывали взвешиваемых! Всем тем, чей вес превышал 49, 5 кг, в Аудеватере выдавали пожизненные сертификаты о невиновности: мол, нельзя меня на костер, я тяжеленькая. По легенде, право выдавать такие сертификаты, городу даровал Карл Пятый за то, что там правильно взвесили некую девушку, где-то в ином месте обвиненную в колдовстве и сопровождавшую (или привезенную) вместе с монархом.
Сертификаты действовали, кстати. Потому спросом пользовались ничуть не меньшим, чем папские индульгенции, хотя процедура стоила немало (данных о стоимости нет), а проку от них было больше. Если индульгенция обещала спасение души, то взвешивание у честных бюргеров гарантировало спасение тела. Потому Нидерланды отставали от остальной Европы в выполнении плана по ведьмам. Но кто в те времена на ведьмах не зарабатывал?
ЗЫ… Тиару свою Иннокентий вроде как так и выкупил…