Возле деревьев, впадающих в кому,
Мирным московским осенним днем
Танки палили по «Белому Дому»,
Будто драконы, плюясь огнем.
Это кино? Не на самом же деле
В сердце столицы взъярилась рать?..
Нет, не снаряды из пушек летели, —
Нечисть, визжа, уносилась рвать.
Нечисть вгрызалась, корежа клыками
Белую плоть беззащитных стен.
Жадно впивали кошмар хоботками
Чуткие камеры CNN.
Окна кроваво слезились пожаром,
Гари ложилась смертная тень…
А по проспектам и тихим бульварам
Вяло катился обычный день.
Мчались машины и топали люди
Строем привычным – по одному.
Гром отдаленный зловещих орудий
Сонному был невнятен уму.
Словно урчанье котенка, не зверя,
Дальний раскат — не страшнее шутих.
Люди спешили, не зная, не веря
В то, что сейчас убивают их.
Им телебашня годами вливала
Сонный наркотик в усталый мозг.
Сердце погасло, и совесть увяла,
Воля подтаяла, словно воск.
Так незаметно страну и проспали,
Годы промчались – пустой мираж…
Молча герои над спящими встали,
Каждый и в смерти – бессонный страж.
Чувствуешь? Смотрят так пристально в душу…
Слышишь? Задели в сердце струну!
Кто-то проснется и скажет: «Не струшу!
Все, что убито, к жизни верну!
Верю – не будет ваш подвиг напрасным,
Птицей из пепла взмоет страна!
Снова октябрь станет праздничным, красным.
Время – вперед! На все времена!»