Начало августа 1932 года выдалось сухим и жарким. Но сегодня с утра брызнул хороший дождик. Несмотря на это, вся Калиновка, от мала до велика, трудилась на колхозном поле – жатва и покос требовали напряжения всех сил: нужно было до дождя сжать, обмолотить урожай, сдать зерно, заготовить на зиму сено до наступления дождей. Каждому работнику записывались трудодни, на которые можно было отоварить соль, спички, керосин, сахар, инструмент и другие, крайне необходимые в быту предметы. Трудились также на своих наделах по мере сил и времени.
На тот момент кулаков всех вывели, единоличники также перебрались в стан колхозников – председатель умело проводил политику партии, сдавал норму в срок и в полном объеме; из-за чего колхоз был на хорошем счету у руководства. Цель была ясна: работать не щадя себя и других на благо молодого Советского государства, тем более в следующем году намечалось небольшое подспорье в виде пары тракторов «Фордзон», которыми обком обещал снабдить колхоз-передовик.
Но иногда, темными ночами, несмотря на безумную усталость, не шел сон к председателю, Даниле Ефимовичу. Болела душа у него за работящих крепких хозяйственников – того же Петра Мекешкина, который в жаркую пору жатвы мог заменить бы пятерых горе-работников. Но – приказ власти нужно было неукоснительно соблюдать, иначе и самому можно отправиться вслед за Мекешкиными, а то и подальше.
Ходили также слухи, что из-за жары нынче по стране небывало низкий урожай, что на Украине засуха истребила большую часть посевов. У них в районе лето тоже выдалось жарким, но урожай удалось сохранить. Особенно нехорошими были разговоры о том, что нормы сдачи зерна в связи с неурожаем будут увеличены. Но эти слухи разносились уж особенно полушепотом и только в узком кругу… Незавидная судьба ждала источник этой молвы, если кто-то захотел бы всерьез его найти. Выполняющие норму колхозы продотряды не беспокоили, а в соседних районах, слышал он, опять же в виде слухов – продотряды собирали норму вольно или невольно. Иногда даже, говорят, постреливали.
А еще этот свежий указ «Семь-восемь»…
В общем, что-то такое неприятное и тревожное сгущалось в воздухе – сколько лет уже Советская власть, а тяжело! Ох, и тяжело пока живется! Не привыкли еще люди к новому укладу, норовят спрятать, зарыть в землю лишний пуд зерна, втихаря то курочку заведут, то свинку спрячут в погребе. А новая жизнь тем временем шагает по стране – вот недавно совсем провели электричество и радио до сельсовета. Но скоро, верил Данила Ефимович, скоро радио и электричество появятся в каждой крестьянской избе.
В качестве передового колхоза Калиновка несколько раз принимала кинопередвижку – крутили «Октябрь», «Броненосец Потемкин», Чарли Чаплина. Люди тоже верили в хорошие перемены, хотя многое приходилось разъяснять, убеждать сомневающихся…
Мысли неизменно возвращались к перспективе увеличения норм сдачи зерна – люди трудятся на пределе возможностей, не хватает техники, но пока норма выполняется. Пока… Что будет, если нормы увеличат – никак не предугадаешь. Придется шерстить индивидуальные хозяйства, залезать в посевной резерв. А это – новые недовольства и волнения…
В рассветном тумане показались приближающиеся к деревне три мужские фигуры с необычным оборудованием наперевес.
«А вот и ребята-электрики, - подумал председатель.- Как раз сегодня начнут проводить радио в избы – все веселей заживется…»