Начало
Казалось, что проблема решена, но весной неугомонный афганец организовал группу из беженцев, которая терроризировала всю начальную школу. Нападали, как правило, на одиночек, били, отбирали телефоны и вещи.
Но вернемся к инциденту с Максимом, поскольку именно он наш главный герой.
— Я расспрашиваю Максима, что случилось.
Он рассказывает, что его одноклассник – афганский беженец – напал на него, показал жест отрезания головы и сказал «ты будешь мёртв» .
— Я спрашиваю Максима, кому он еще показывал этот жест, Максим отвечает – всему классу. Видел ли кто-либо из взрослых или учителей – он отвечает видела учительница по спорту.
Я пишу письмо родителям класса, не называя имя обидчика – прошу опросить своих детей и узнать, кому еще угрожали. Почти сразу получаю ответ от председателя родительского комитета, что проблема известна и эти жесты уже не в первый раз.
Николай идет к директору школы, параллельно ставя в известность чиновников из администрации района и города, ответственных за воспитание детей.
— Директор мне на первой встрече заявляет – если вам не нравится школа, меняйте её на любую другую в районе, дети имеют право нападать друг на друга это процесс взросления, мы к агрессивному ребёнку приставим социального педагога и обеспечим класс присутствием второго учителя, так как наша школа хоть и не предназначена для детей с отклонениями (психических агрессивных инвалидов), мы не исключим этого ребёнка из школы, он имеет право сюда ходить и обязан посещать школу, таким образом мы сможем его интегрировать в наше немецкое общество, привить ему навыки и правила поведения в нашем обществе, жесты которые показывает афганский мальчик плохие, но он их увидел в мультиках «Том и Джерри» или «Микки Маус», и ничего страшного не произошло, но мы обязательно примем все возможные меры чтобы его интегрировать и он был как мы.
И все!
Хочу спросить знатоков: действительно ли в мультфильмах "Том и Джерри" и "Микки Маус" есть подобные жесты? Тогда ЧТО мы показываем своим детям?
Пытаюсь вспомнить хотя бы один советский (российских не знаю) мультик с подобным жестом. Не вспоминается... Может, мои мозги устроены не так, как у беженцев с Ближнего Востока, которые даже в мультфильме видят кровь, смерть, убийства?..
Но вернемся к нашей истории.
Николай письменно просит администрацию города, "детских" чиновников разрешения перевести сына на домашнее обучение, так как школа не может обеспечить безопасность и здоровье детей.
— Мне письменно отказано.
Ребёнок обязан ходить в школу, это закон. И наш, который жертва, и тот, который нападает.
Именно ходить, посещать, если не хочет, не может, не желает – приедет полиция и отвезут принудительно.
В случае неявки ребёнка в школу нас ждут штрафы до 100-500-1500 евро в день, потом тюремное заключение родителям, потом изъятие детей из семьи.
По мнению директора школы побои одним ребёнком других детей не являются криминалом, это процесс взросления и постижения границ.
По мнению шульамт (чиновники, ответственные за школу - прим. автора) ничего страшного не случилось, пострадавших нет.
На фоне этого ситуация в наших школах кажется раем!
— Я читаю самый крупный русскоязычный форум в Германии – germany.ru, описываю проблему и получая ответы понимаю, что эти нападения теперь во всех городах и во всех школах повсеместно, причём именно самый удар в первых – четвёртых классах. Через несколько лет эти дети пойдут в гимназии и общие школы и проблема переместится дальше.
Через несколько дней Хамза - так зовут этого ... ммм... хулигана - попытался воткнуть Максиму карандаш в шею, считая, что именно Максим виноват в его несчастьях: «Уходи отсюда, белый мальчик! Это моя школа», — так, по словам Максима, он ему сказал.
Мне жаль ребенка, которому пришлось все это испытать: «Папа, зачем я вообще пошёл в эту школу...»
Мне жаль родителей, которые не знали, как справится с проблемой.
Кстати, за время жизни в Германии у Максима появилась сестренка, и мысли о ее дальнейшей судьбе еще больше усиливали тревогу родителей.
Часть 3
