Взгляд русского землепроходца на современную Россию из XVII века.
Посередине бульвара стояли два человека, облик которых свидетельствовал, что с настоящим временем их ничто не связывает. Один – в зипуне, пропахшем дымом костров, и с саблей на боку; бронзовое от загара лицо выражало крайнюю степень изумления. Второй – бледен и аккуратен, как варёное яйцо, со спокойным взглядом и неторопливыми движениями.
Бледнолицый оценивающе огляделся и спросил:
- Ну, как тебе родная сторона спустя три с половиной века, брат Ерёма?
Служивый, ошеломлённо следя за уличной суетой, недоверчиво молвил:
- Ты, Виртуалий, часом, колдовства не напустил? Откудова столь подвод безлошадных? Куды речка с тайгою подевались?
- Значит, глазам своим не веришь?
- В царствие Божие – верую...
Виртуалий усмехнулся:
- Ладно, сейчас призовём на помощь современника. Мне, кстати, нужно кое-что уточнить... Отрок, подойди к нам на минутку? – подозвал он прохожего средних лет. Тот остановился, подозрительно осматривая странную пару.
Ерёма, обуреваемый любопытством, спросил:
- Мирянин, как зовется сия земля?
Упитанный собеседник недоумённо уставился на обладателя сабли, а затем хлопнул себя по лбу.
- Вы артисты! А я думаю, что за маскарад?
- Мы не артисты, брат Пофиноген, – возразил Виртуалий.
Упитанный замер.
- Откуда тебе известно моё редкое имя?
Тут следует пропустить ворох вопросов и ответов, поскольку они не относятся к сути происходящего.
Между тем, бронзовый Ерёма, внимательно всё выслушав, пришел в себя и искренне восхитился:
- Эх, Расея! Знать, не даром я раны принимал в землицах сторонних. Прибыль великая вышла. И хоромов понастроили, и дороги вымощены, и телеги самоходные... И девок полны улицы. Да ладные все, как напоказ.
Пофиноген рассмеялся:
- А что? Выбирай ту, что покраше. Выглядишь ты интересно, отказа не будет.
У Ерёмы сверкнули глаза, но он сдержанно пояснил:
- Негоже насильно примётываться. Надобно призывать ласкою, инако на душу скверность ляжет.
Виртуалий покачал головой и напомнил:
- Брат Ерёма, в этом времени ты всего лишь духовная оболочка и тебе недоступны соблазны тела. Тело твоё далече, а здесь ты можешь только смотреть и запоминать.
На суровом лице потух взор, а Пофиноген украдкой ущипнул себя и повернулся к Виртуалию.
- И ты тоже дух?
- В твоём материалистическом понимании я – давний потомок, часть космического разума.
- Ясно... понятно... – пробормотал современник, а про себя подумал: «Психи, а не артисты».
Потомок улыбнулся.
- Зря ты думаешь, что мы сумасшедшие. Ерёма твой предок, а я тот, кем станет каждый.
Пофиноген окончательно сник от такого ясновидения, и вяло спросил:
- Все одинаковые будем, что ли? Вот уж мало радости.
- Быть всеобщим разумом – это самая большая радость, потому что творение становится непрерывным.
- Ладно, пусть так. А как насчет питания, ну и всего остального?
- Неужели тебе неизвестно, что разум питается мыслями, разнообразие которых не сравнимо ни с чем? А то, что ты называешь «остальное», оно усилится многократно.
Современник задумался, почесывая стриженый затылок.
Ерёма, уловив паузу в малоинтересном разговоре, напомнил о себе:
- Ты, Пофигоша, поведай мне про Отечество. Что за царь-государь на Руси правит? Каковы нонешние порядки? Приисканы ль землицы новые?
Пофиноген на секунду замялся, выбирая, что сказать, но сообразил, что перед духом, нужно, как на духу.
- Да ну их на фиг, порядки. Спроси что полегче, – попытался выкрутиться он.
Ерёма повеселел.
- Вот и в нашу пору порядки не любы. В приказных избах, опричь воровских дьяков да воевод, добрых людей не сыскать.
- Вот-вот, и сейчас та же канитель.
- Значит, Вам не нравится современное устройство? – вмешался в диалог Виртуалий.
- Отчего же? Фас и профиль у меня, сам видишь, в норме. Но нутром чую: что-то не так. Предки, вон, за землю саблями махали, – Пофиноген кивнул на Ерёму, – а сейчас всюду развал.
- Иноземцы сызнова? – ахнул воин.
- Какое там! Иноземцы нас боятся. Сами разваливаем.
- А царь? – напрягся Ерёма.
- Теперь вместо царей президенты…
- А ты?
- А что я? Я как все.
После этих слов Ерёма тяжело вздохнул и сник.
- Не кручинься, брат, – успокоил его Виртуалий, – не напрасны твои усилия. Для того я и являюсь в прошлое, чтобы исправлять будущее. Вижу теперь, что придется править программу... – он оборвал свою речь, сделал плавный пасс ладонью и исчез вместе с Ерёмой.
Пофиноген повертел головой, встряхнулся, прогоняя наваждение, и бормоча под нос «пить меньше надо», зашагал вдоль аллеи.
В это же самое время над таёжной рекой разнёсся зычный окрик:
- Ярёма, растудыть твою в дышло, неча в реку пялиться, пора в поход збираться.
А отпрыск космического разума перенесся на тысячи лет назад... Сочиняя очередное послание, он думал: "Хлопотное это занятие – растить человечество".
Всем здравия и благополучия.