У мужа вошло в привычку звать жену откуда-то из дома: если она была наверху, а он был внизу, если она была внизу, а он был наверху. И когда она отвечала: "Да? Что?" - он продолжал настойчиво звать её, как будто ничего не слышал: "Эй? Где ты?" Поэтому у неё не было выбора, кроме как поспешить к нему, где бы он ни был, в другой комнате, внизу, наверху, в подвали или на веранде, на заднем дворе или на подъездной дорожке. "Что случилось?" И он говорил ей жалобу, замечание, наблюдение, напоминание, вопрос. А потом, позже, она слышала, как он снова зовет её с новой настойчивостью: "Эй? Ты где?" И она отвечала: "Да? Что?" - пытаясь определить где он сейчас. Он продолжал звать, не слыша ее, потому что ему не нравилось носить слуховой аппарат в доме, где была слышна только жена. Он жаловался, что одно из маленьких пластиковых приспособлений в форме улитки повредило ему ухо, нежное внутреннее ухо покраснело и даже кровоточило, и поэтому он раздраженно кричал: "Эй? Где ты?" - потому что эта женщина всегда уходила куда-то за пределы его слуха, и он никогда не знал, где она и что она делает.
Временами он доводил её до белого каления, пока, наконец, она не сдавалась и не бежала, задыхаясь, искать его. А когда он видел её, то укоризненно говорил: "Где ты была? Я беспокоюсь о тебе, когда ты не отвечаешь." И она отвечала, смеясь, пытаясь смеяться, хотя ничего смешного в этом не было: "Я всё время была здесь!" А он возражал: "Нет, не была. Я был здесь, а тебя здесь не было."
И позже в тот же день, после ужина и перед сном, если только это было не до обеда и после сна, жена услышала, как муж зовет её: "Эй? Ты где?" И тут ей в голову пришла мысль: "Нет. Я буду прятаться от него." Но она не могла поступить так по-детски. Вместо этого она встала на лестнице, сложила ладони рупором и позвала его: "Я всегда здесь. Где мне ещё быть?" Но муж её не слышал и продолжал звать: "Где ты? Иди сюда!" И,наконец, у жены не было другого выбора, кроме как сдаться, потому что муж казался раздосадованным, сердитым и встревоженным. Спускаясь по лестнице, она споткнулась и упала, упала сильно, и её шея была сломана в одно мгновенье, и она умерла у подножия лестницы, в то время как в одной из комнат, или может быть в подвале, или на веранде, муж продолжал кричать с возрастающей настойчивостью: "Эй? Где ты?"